Почему Китай не рискует сбросить госдолг США

20:50
/
19
/

Несмотря на то, что в Вашингтоне сменилась власть, в отношениях между США и Китаем так и не произошло долгожданной разрядки. Демократическая партия не торопится сделать шаг навстречу, а Пекин продолжает постепенно избавляться от американских «трежерис», идя по стопам Москвы. Что будет дальше: две крупнейшие экономики мира договорятся о новых правилах сосуществования и совместного развития, или же КНР и США продолжат расходиться в разные стороны, что в перспективе неминуемо означает войну между ними, сперва «холодную», а в перспективе, возможно, и «горячую»?

Сегодня в Вашингтоне называют главным противником Америки уже не столько Россию, сколько Китай. Некоторая злая ирония заключается в том, что США сами раскормили этого «китайского дракона» себе на голову. В девяностые годы после распада СССР в ставшем однополярным мире образовался единоличный «гегемон». Не видя себе более никакой реальной угрозы, американские бизнесмены стали выводить производства из США в страны Юго-Восточной Азии, Тайвань и Китай, где было много дешевой рабочей силы, и никто не слыхал о нормах охраны труда. Либеральные экономисты с восторгом говорили о приходе постиндустриальной эры, предоставив корпеть над чертежами и микросхемами трудолюбивым и сметливым китайцам.

Чем это в итоге закончилось, хорошо известно: Поднебесная стала не только общепризнанной «мировой мастерской», но и мощнейшей высокотехнологичной экономикой, которая представляет реальную конкуренцию американской. Остановить или хотя бы замедлить процесс дальнейшего возвышения КНР пытался президент Дональд Трамп, устроив настоящую торговую войну, но добиться какого-то впечатляющего результата у него не вышло. Проблема заключается в том, что за минувшие десятилетия экономика США и Китая тесно переплелись, оказавшись серьезно зависимыми друг от друга. Санкционные удары Трампа по китайским компаниями немедленно бумерангом возвращались самим американцам. Как же эти две крупнейшие мировые экономики зависят друг от друга?

Во-первых, значительная часть разработанной в США продукции по-прежнему реально производится в Китае, где для этого имеется развитая технологическая и логистическая база, опытные рабочие, а также собственные редкоземельные металлы в большом количестве. Это крайне выгодно американскому бизнесу. Как-то было подсчитано, что за сборку одного смартфона iPhone китайские подрядчики получают что-то около 10 долларов. Перенос производства обратно в США – это звучит очень патриотично, но кто в своем уме станет отказываться от таких сверхприбылей?

Во-вторых, все прошедшие десятилетия обе сверхдержавы весьма активно инвестировали друг в друга до того, как палки в колеса этому процессу начал вставлять президент Дональд Трамп. В 2017 году США вложили в экономику КНР 14 миллиардов долларов, а Китай в США – 30 миллиардов долларов. Однако республиканец запретил американским федеральным пенсионным фондам инвестировать в компании, связанные с китайским ВПК. Также он подписал закон, ограничивающий возможность размещения акций компаний из КНР на американских биржах. Неудивительно, что объем китайских инвестиций в американскую экономику за последние три года снизился на 90%, а по итогам 2020 года Китай обогнал США как главное инвестиционное направление в мире, сумев привлечь 163 миллиарда долларов против 134 миллиардов у конкурента.

В-третьих, Пекин по-прежнему является одним из крупнейших держателей облигаций государственного долга США. Еще недавно он находился на первом месте в этом рейтинге, но теперь спустился вниз, уступив позиции Японии и Великобритании. Несмотря на сброс активов по «российскому сценарию», Китаю все еще принадлежит «трежерис» на сумму, составляющую порядка триллиона долларов. Это огромные деньги, которые Пекин может получить, просто сбросив все эти активы. В экспертном сообществе данный портфель облигаций даже именовали «финансовым ядерным оружием», способным обрушить американский доллар. И правда, одномоментная распродажа такого количества ценных бумаг может причинить серьезный ущерб экономике США. Но не только ей одной. Данная мера бумерангом вернется и самому Китаю, что прекрасно понимают в Пекине, где предпочитают избавляться от «трежерис» постепенно.

Все сказанное свидетельствует об одном: американская и китайская экономики тесно связаны между собой, и, несмотря на взаимные санкции, введенные в период четырехлетнего правления президента Дональда Трампа, в «коронавирусном» 2020-м году объем взаимной торговли между ними вырос на 8,3%, составив 586,72 миллиарда долларов. Поэтому «махать шашкой» в этих вопросах чревато для каждой из стороны. Сейчас Пекин и Вашингтон стоят перед крайне непростым выбором. Самым простым решением кажется оставить все, как есть, договорившись о новых правилах игры, разделе сфер влияния и нормах мирного сосуществования КНР и США. Но вот устроит ли это «Америку, которая вернулась»? Согласится ли Китай на то, что через четыре года в Вашингтон вновь может вернуться Дональд Трамп или иной лидер, прочно стоящий на «имперских» позициях, и все начнется по новой?

По всей видимости, в Пекине уже сделали свои далеко идущие выводы. Китай с его 1,5-миллиадным населением и мощнейшей производственной базой ставит на развитие собственного внутреннего рынка, чтобы перестать критически зависеть от доступа на американский и даже европейский. Китайский аналитический фонд Chongyang Institute, считающийся аналогом корпорации RAND, недавно опубликовал статью бывшего заместителя главы департамента международных связей Компартии Китая Чжоу Ли, которую можно считать программной. В ней партийный функционер отметил неприемлемость зависимости КНР от США в финансовой сфере:

США контролируют основной канал международных платежей и клиринга, а именно систему SWIFT.

Главой мыслью данной публикации является вывод о необходимости создания независимого экономического блока, «основанного на юанях», способного противостоять западному блоку и его доллару. Вброс информации о возможных изменениях внешней политики через отставных высокопоставленных чиновников является излюбленной пиар-практикой Пекина. На Западе и в Японии публикацию тотчас заметили и принялись горячо обсуждать. Что мы получаем в сухом остатке?

КНР очевидно сделала выбор в пользу постепенного дрейфа в сторону полной независимости от «заклятого партнера». Одними экономическими методами «китайского дракона» уже не остановить. Остаются только иные методы, о чем прямо заявил Госсекретарь США Энтони Блинкен:

Мы должны начать противостоять Китаю с позиции силы.

Иначе говоря, объективные противоречия неизбежно толкают две сверхдержавы к войне, «холодной», сопровождаемой попытками устроить конкуренту очередную «цветную революцию», или в перспективе даже «горячей».

Автор: Сергей Маржецкий

+3
Нет комментариев. Ваш будет первым!