Китай и Россия запускают «экономику глобального сопротивления»

18:53
/
30
/

Перевод Мария Мышкина

В трактате Сунь-Цзы «Искусство войны (ок.500 г. до н.э.) говорится: «Обезопасить себя от поражения – в наших собственных руках; тем не менее, возможность победить врага даётся самим врагом…Поэтому мудрый полководец навязывает свою волю и не позволяет врагу, чтобы тот навязывал ему свою». Это суть китайской экономики сопротивления – стратегии, которая полностью проявилась накануне переговоров в Анкоридже; переговоров, которые заставили Пекин отказаться от надежд, что Америка может найти способ с ним как-то ужиться.

Хотя ранее кое-что интригующее проглядывало, полностью проявить жёсткую позицию и риторику Китай позволил себе только сейчас – после Анкориджа – и после подтверждения на переговорах того, что Америка намерена не допустить подъёма Китая.

Предполагать, что эта инициатива «сопротивления» — некий «удар» по Вашингтону – через подавление антииранских амбиций Байдена в отместку за громкие обвинения Китая в «военных преступлениях» («геноцид» в Синьцзяне) – значит не понимать её важнейшего значения. Масштабы пакта с Ираном выходят далеко за рамки торговли и инвестиций; как пишет один из китайских аналитиков: «В нынешнем виде эта договорённость полностью перевернёт преобладающий геополитический ландшафт в западно-азиатском регионе, который так долго находился под гегемонией США».

Поэтому это, в сущности, то самое «навязывание мудрым полководцем своей воли»: Китаю, России или Ирану нет необходимости начинать войны, чтобы «это» сделать; они просто «это» реализуют. Для «этого» не нужна революция, потому что им не нужна война с Америкой.

Что такое «это»? Не просто торговый и инвестиционный пакт с Тегераном, не просто помощь союзников друг другу. «Сопротивление» заключается именно в том, каким образом они будут помогать друг другу. Это способ экономического развития. В его основе лежит концепция, что любой приносящий ренту ресурс – банки, земля, природные ресурсы и естественные инфраструктурные монополии – должны находиться в собственности государства, чтобы удовлетворять базовые потребности всех – бесплатно.

Альтернативный путь – просто приватизировать эти «блага» (как на Западе), где они предоставляются по максимальной финансовой стоимости – куда включены процентные ставки, дивиденды, управленческие расходы и корпоративные манипуляции с целью получения финансовой прибыли.

Предлагается действительно совершенно другой экономический подход. Приведу один пример: расширение метро на 2-й авеню в Нью-Йорке стоило 6 млрд. долларов, или 2 млрд. долларов за милю — это самый дорогой городской общественный транспорт из когда-либо построенных. Средняя стоимость подземных линий метро за пределами США — 350 млн. долларов за милю, или шестую часть стоимости в Нью-Йорке.

Как «это» действительно меняет всё? Ну, представьте: крупнейшая часть расходов в бюджете сейчас у каждого это жильё – где-то 40%, что просто отражает высокие цены на недвижимость на закредитованном рынке. А теперь представьте, что эти расходы составляют 10% (как в Китае). Предположим также, что у вас есть недорогое общественное образование. Что ж, тогда вы избавляетесь от долгов по кредиту на образование и процентов по нему. Представьте, что у вас государственное здравоохранение и низкие расходы на транспортную инфраструктуру. Тогда у вас будет возможность тратить – всё это станет недорогой экономикой, и, следовательно, она будет расти.

Ещё пример: стоимость найма сотрудников для НИОКР в Китае составляет от трети до половины аналогичных затрат в США, поэтому Китай тратит на технологии почти 1 триллион долларов в год (по ППС), в то время как США — всего 0.6% ВВП, или около 130 млрд. долларов, на НИОКР по федеральным программам.

Поэтому, с одной стороны, «это» представляет собой стратегический вызов западной экономической системе. В одном углу ринга закредитованные, гипер-финансиализированные, и тем не менее стагнирующие экономики Европы и ЕС – в которых стратегические направления, а также «победители и проигравшие» в экономике определяются Большими Олигархами, и в которых 60% с трудом выживают и 0.1% процветают. А против неё – весьма смешанная экономика, в которой Партия устанавливает стратегический курс для государственных предприятий, в то время как другие поощряются к инновациям и предпринимательству, в форме управляемой государством экономики (хотя и с даосистскими и конфуцианскими чертами).

Социализм против капитализма? Нет, США давно уже не капиталистическая экономика; сегодня это даже не рыночная экономика. После отказа от золотого стандарта в 1971 г. она всё больше и больше превращалась в экономику рантье. Этот вынужденный выход США из «золотого окна» помог США через возникший в результате глобальный спрос на их долговые инструменты («трежерис») финансировать себя даром (за счёт экономического профицита остального мира). Вашингтонский консенсус дополнительно гарантировал, что приток долларов на Уолл-стрит со всего мира не будет подвергаться контролю за движением капитала, а государства не смогут создавать собственные валюты, а должны будут брать кредиты у Всемирного банка и МВФ. К чему это приводит, могут в мрачных красках обрисовать испытавшие это на себе греки.

Дело в том, что в экономическом плане сверхфинансиализированная сфера США быстро сокращается, поскольку Китай, Россия и большая часть «Мирового острова» переходят к торговле в собственной валюте (и не покупают казначейские облигации США). Таким образом, в «войне» экономических систем Америка начинает отступать.

Халфорд Маккиндер столетие назад утверждал, что контроль над «Хартлендом», простирающимся от Волги до Янцзы, будет контролировать «Мировой остров», под которым он понимал Европу, Азию и Африку. Сейчас его теория находит отклик, поскольку две ведущие страны создавшие ШОС, превращают ее во взаимосвязанную систему отношений многих стран от одного края Евразии до другого. Это возрождение древней торговой экономики центральной части Евразии, которая окончательно распалась в 17 веке.

Алистер Маклауд отмечает, что комментаторы на Западе, как правило, не понимают, почему происходит расцвет в Западной Азии: «Происходит это не благодаря военному превосходству, а сводится к простой экономике. В то время как экономика США будет страдать от инфляции после локдауна и экзистенциального кризиса доллара – китайская экономика будет расти за счёт увеличения внутреннего потребления…и роста экспорта, что является следствием стимулирования потребительского спроса и резкого увеличения бюджетного дефицита в Америке».

Это как раз то, о чём говорил Сунь-Цзы: «Возможность победить врага даёт сам враг».

И даже для Европы периферия Римленда менее важна, чем Мировой остров (в терминах Х.Маккиндера). Было время, когда британское, а потом и американское могущество перевешивало его важность – но сейчас это уже не так. Сейчас актуализируется величайший вызов, уже брошенный американской экономической мощи и технологическому превосходству.

Тем не менее, это экономическая «реальная политика» всего лишь половина общей картины создания Китаем и Россией «экономики глобального сопротивления».

Скорее всего, именно этот аспект имел в виду китайский чиновник, когда сказал, что сделка с Ираном «полностью перевернет преобладающий геополитический ландшафт в регионе Западной Азии». Отметим, что он не сказал, что это перевернет отношения Ирана с США или Европой — он сказал о всём регионе, а также о том, что инициативы Китая освободят Западную Азию от американской гегемонии. Каким образом?

В своём недавнем интервью министр иностранных дел Китая Ван И обрисовал подход Китая к Западной Азии:

«Ближний Восток был на вершине, став землёй самых блестящих цивилизаций в истории человечества. Тем не менее, из-за затяжных конфликтов и беспорядков в более современной истории регион опустился в низину с точки зрения безопасности … Чтобы регион вышел из хаоса и обрел стабильность, он должен вырваться из тени геополитического соперничества крупных держав и самостоятельно исследовать пути развития, соответствующие его реалиям. Он должен оставаться невосприимчивым к внешнему давлению и вмешательству и придерживаться инклюзивного и примирительного подхода к построению архитектуры безопасности, учитывающей законные интересы всех сторон … На этом фоне Китай хотел бы предложить инициативу из пяти пунктов по достижению безопасности и стабильности на Ближнем Востоке:

«Во-первых, необходимо отстаивать принципы взаимного уважения … Обе стороны должны поддерживать международные нормы невмешательства во внутренние дела других … особенно важно, чтобы Китай и арабские государства вместе противостояли клевете, диффамации, вмешательству и оказанию давления во имя прав человека. … [ЕС на заметку]

Во-вторых, отстаивание равенства и справедливости, противодействие одностороннему подходу и защита международного права … Китай будет поощрять Совбез ООН к всестороннему обсуждению вопроса о Палестине, чтобы подтвердить решение о двух государствах … Мы должны делиться опытом управления… и противостоять высокомерию и предвзятости.

В-третьих, достижение нераспространения … Сторонам необходимо … обсудить и сформулировать дорожную карту и временные рамки для США и Ирана, чтобы возобновить соблюдение СВПД. Актуальной задачей является принятие США существенных мер по отмене односторонних санкций в отношении Ирана, а также возобновление Ираном соблюдения своих ядерных обязательств на обоюдной основе. Ближний Восток должен стать зоной, свободной от ядерного оружия и других видов ОМУ.

В-четвертых, совместное укрепление коллективной безопасности… Мы предлагаем провести в Китае конференцию по региональной безопасности в Персидском заливе…

И в-пятых, ускорение сотрудничества в целях развития…».

Что ж, Китай впечатляюще выступил на Ближнем Востоке и бросает вызов США, предлагая программу сопротивления. Министр Ван И на встрече с Али Лариджани, специальным советником верховного лидера Хаменеи, сформулировал все в одном предложении: «Иран самостоятельно решает свои отношения с другими странами, в отличие от некоторых других стран, которые меняют свою позицию после одного телефонного звонка». Другими словами, государства должны отстаивать свою независимость и суверенитет.Китай выступает за суверенную многосторонность, чтобы избавиться от «западного ига».

Как отреагируют США? Они проигнорируют сигнал из Анкориджа. Они, скорее всего, продолжат давить. Они уже испытывают Китай из-за Тайваня и готовятся к эскалации на Украине, чтобы испытать Россию.

Что касается ЕС, то вступление Китая в глобальную политику создаёт для неё большие проблемы. ЕС уже пытался использовать собственную «стратегическую автономию», попытавшись с помощью «европейских ценностей» регулировать доступ на свой рынок и торговое партнёрство. Китай фактически говорит миру, что необходимо отвергать любое подобное гегемонистское навязывание чужих ценностей и прав.

ЕС оказался в сложном положении. В отличие от США, ему запрещено печатать деньги, чтобы возродить свою поражённую вирусом экономику. Он отчаянно нуждается в торговле и инвестициях. Его крупнейший торговый партнёр и источник технологий только что сказал ЕС (и США), чтобы те отказались от морализаторства. И в то же самое время «партнёр по безопасности» Европы потребовал совсем обратного – чтобы ЕС морализаторство усилил. Что делать?

Сядьте поудобнее и наблюдайте… (скрестив пальцы, чтобы никто не сделал какую-нибудь большую глупость).

+5
Нет комментариев. Ваш будет первым!