Саммит Путина и Байдена поставит крест на усилиях Запада по изоляции России

20:16
/
19
/

Предстоящий саммит Россия—США вряд ли станет судьбоносным. Но он может оказаться прологом для последующей серии российско-американских переговоров на высшем уровне, в ходе которых шанс сторон на достижение глобальных договоренностей существенно вырастет.

Кроме того, саммит 16 июня самим фактом своего проведения докажет, что все попытки Запада добиться политической изоляции России с треском провалились.

К таким выводам пришел обозреватель ФАН, проанализировавший ситуацию вокруг грядущего саммита.

9 июня президент США Джо Байден отправился из Вашингтона в свое недельное турне по Европе. Финальным и наиболее важным мероприятием этого вояжа станет двусторонний саммит Россия—США, который состоится 16 июня в Швейцарии.

Степень значимости саммита такова, что СМИ захлестывает вал материалов, в той или иной мере посвященных предстоящей встрече американского президента с главой Российского государства Владимиром Путиным.

Пожалуй, наиболее образно позиции двух стран накануне переговоров описал бывший помощник президента РФ Владислав Сурков:

«Могут ли сблизиться Москва и Вашингтон? Да, могут. Такое уже бывало. Они даже могут заключить друг друга в объятия. Но это будет не танго, это будет клинч».

Может быть не столь лаконично и образно, но мы тоже решили проанализировать ситуацию, сложившуюся вокруг будущей встречи Путина и Байдена в Женеве.

Саммит подведет черту под господством Запада

Начнем с показательного нюанса: на придании встрече президентов статуса саммита настаивала американская сторона. Это говорит в пользу готовности Вашингтона к обсуждению вопросов стратегического характера и закреплению итогов переговоров в документах более высокого ранга, чем совместный пресс-релиз по итогам встречи.

Иными словами, это Штаты делают шаг навстречу России, а не наоборот. Почему? Администрация Байдена заинтересована в достижении определенных договоренностей с российской стороной и поэтому в преддверии встречи старается максимально снизить все риски ее срыва или незапланированной коррекции повестки.

Не случайно критические замечания в адрес российского руководства, и персонально Владимира Путина, сейчас практически исчезли из мировых (читай — американских) СМИ, а Байден высказывался о президенте России чуть ли в комплиментарных тонах. Западные медиа накачивают свою аудиторию позитивными ожиданиями. Москва же, вежливо кивнув в ответ на комплименты американского президента, демонстрирует в отношении результатов предстоящих переговоров осторожный скепсис.

В частности, пресс-секретарь российского лидера Дмитрий Песков охарактеризовал отношение Кремля к саммиту так:

«Ожидать каких-то подвижек в достижении понимания не приходится. Но иногда соглашаться в том, что мы не соглашаемся, тоже полезно».

То есть в Кремле понимают, что впереди — сложные переговоры, которые вряд ли приведут к судьбоносным результатам. Зато сама эта встреча может определить повестку следующих переговоров и платформу, позволяющую сторонам не только выдвигать претензии друг к другу, но и находить точки сближения.

Несмотря на трезвый реализм ожиданий, саммит обещает стать знаковым событием. Правда, не с точки зрения вероятности заключения «большой сделки», а совсем в другом смысле. Переговоры Путина и Байдена подведут черту под кратким периодом торжества Западного мира над другой конкурентной системой — советской.

Сейчас уже понятно, что социально-экономическая система Запада после 1991 года не только не закрепила свой успех, но и упустила конкурентные преимущества, к настоящему времени изрядно деградировав. Эти тридцать лет коллективный Запад потратил не на развитие, а на подавление мира. Время экономической и военной гегемонии США уходит, и Европа тоже стремительно теряет свой благополучный облик.

Западу нечего предложить планете, кроме разрушительных идеологических моделей, цифровой диктатуры и сверхэксплуатации. Модель мира по Байдену — это господство финансового капитала и транснациональных корпораций, это мир без адаптивных и интеграционных моделей для национальных экономик, без гарантий и возможностей роста.

Более того, современная западная идеология выстроена на постулатах разрушения традиционного общества и городской культуры, на необходимости создания «глобальной деревни» (по Маршаллу Маклюэну), на цифровой экономике, которая управляет мировыми ресурсами посредством удаленных цифровых инструментов.

Сейчас вся эта сложная, но в то же время хрупкая конструкция Запада вынуждена конкурировать с совершенно иной системой, чей мир лишен жесткой идеологической доминанты. Это весьма адаптивный мир экономических и технологических союзов — без вторжений и разрушения национального суверенитета.

Новый мир во многом похож на традиционную модель американского капитализма, который и сделал США мировым лидером. Только вместо единой «американской мечты» в новом мире каждый народ создает свою мечту самостоятельно. Модель такого мира формируется союзом России и КНР, который предлагает остальным странам не только альтернативную модель развития, но и защиту.

При этом мировое сообщество прекрасно знает, что США ничего не гарантируют и при первой же возможности легко «кидают» доверившиеся им страны. На этом фоне Москва и Пекин декларируют: «Имейте дело с нами, и мы вас защитим». Такой подход успешно сработал уже как минимум на трех континентах.

По сравнению с западной, модель Москвы и Пекина экономически более успешна, прибыльна, в ней меньше издержек, в том числе политических. В ней нет поглощения и сверхэксплуатации, зато имеется пространство для национальных государств и элит.

Что будут обсуждать в Женеве

Разумеется, в Вашингтоне прекрасно видят, как стремительно покрывается трещинами пафосный фасад Западного мира и как меняется не в пользу США мировой баланс сил. Европейское турне Байдена — это попытка вновь собрать воедино мир Запада под американской эгидой. При этом европейская повестка турне довольно проста — это борьба с изменением климата (что, по сути, означает введение глобального ценза для развивающихся стран и добавочной ренты на выбросы) и поддержка бедных стран в их борьбе с коронавирусом (которая на деле практически отсутствует).

К финальному этапу турне, саммиту Россия—США, Байден планирует добраться уже с коллективной позицией США, НАТО и ЕС по ряду ключевых вопросов, касающихся нашей страны. В отношении некоторых тем это будет сделать не столь уж и просто. Например, кейсы «Северного потока — 2» и Украины сейчас являются для американцев камнями преткновения не только в дискуссиях с Москвой, но и в диалогах с Берлином и Парижем.

Вопреки формально широкой повестке скорого саммита, потенциал практических решений на нем крайне низок. Дмитрий Песков не просто так сказал, что ожидать каких-то подвижек не приходится: сторонам практически нечего предложить друг другу, несмотря на взаимную потребность в таком действии.

Вместе с тем, у саммита в Женеве имеются и позитивные моменты.

Первый: главным инициатором встречи президентов выступает Байден, что разрушает многолетние усилия американской же стороны по политической изоляции России. Заодно это увеличивает и без того немалый авторитет нашего государства и свидетельствует о признании в Белом доме президента России фигурой мирового масштаба.

Вторым позитивным моментом выступает высокий статус встречи. Саммит все-таки предполагает подписание каких-то системных договоренностей, и на это, пусть и в символическом плане, Москва и Вашингтон готовы пойти.

В остальном позиции сторон кардинально различны. Президент США и его команда рассматривают встречу как возможность достижения ряда отдельных, кластерных сделок, во многом между собой не связанных. Российская же сторона, напротив, рассматривает весь набор проблем в единой картине и стремится к достижению масштабных договоренностей по ключевым вопросам.

Не стоит забывать, что президент США прибудет в Женеву с надеждами на воссоздание глобального финансового мира и открытие границ для международного капитала, чьим представителем сам он является. Минус этого «джентльменского набора» в том, что в отношении России сохранится режим санкций как инструмента неопределенности, «подвешивания» ситуации и внезапного удара. Увы, в отличие от отношений Путин—Байден, сама Россия как государство не воспринимается Штатами как равноправный партнер.

При этом у Штатов имеется немало поводов для контактов с Россией. Это вопросы безопасности, контроль и ограничение стратегических вооружений, «размораживание» Ирана и воссоздание СВДП, стабилизация Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии, борьба с терроризмом, а также, естественно, КНР.

Дело в том, что Америка все последние годы готовится к глобальному противостоянию с крепнущим Китаем. В свете этого союз Москвы и Пекина рассматривается Вашингтоном как препятствие, которое следует разрушить. Собственно, ради дестабилизации этой связки Байден в Женеву и едет.

В Белом доме понимают, что основной причиной сближения РФ с КНР выступает прессинг Вашингтона в отношении Москвы. Отыграть назад уже введенные антироссийские санкции Байден не может (как недавно сказали в МИД РФ: «Санкции против России — это навсегда»). Зато «Сонный Джо» вполне способен попробовать надавить на Москву предложением не вводить против нее дополнительные санкции в обмен на какие-то уступки.

Кроме того, в рукаве президента США на момент встречи с Путиным будут иметься, скорее всего, еще два козыря — итоги переговоров с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом, что довольно чувствительно для России, и позиция вокруг Украины, а также создаваемой ее президентом Владимиром Зеленским так называемой «Крымской платформы».

Чем президент России станет бить козыри Байдена, мы предсказывать не возьмемся. Но очевидно, что не имей Путин в запасе собственных тузов, он вряд ли согласился бы на встречу с «Сонным Джо».

С определенной степенью уверенности можно спрогнозировать круг проблем, которые российская сторона захочет обсудить в Женеве с американцами. Это гарантии невмешательства США во внутренние дела РФ, украинский кейс (вместе с донбасским), а также безопасность в Европе, включая наращивание у границ России военного присутствия НАТО и развертывание ЕвроПРО.

Надо сказать, что Путин и Байден давно и хорошо друг друга знают. Женева станет далеко не первым местом их встречи. Оба — настоящие тяжеловесы мировой политики: опытные, умные и сильные. Несмотря на это, ждать каких-то чудес от саммита 16 июня не стоит.

Изоляция России провалилась

В целом, мир вступает в стадию нарастающей конкуренции между старой моделью развития западного образца и новой моделью, которую предлагают Россия и Китай. Союз Москвы и Пекина крайне тревожит Вашингтон. Стремление разрушить этот союз является едва ли не основной причиной, побудившей Байдена отправиться в Женеву на встречу с Путиным. У президента России тоже имеются актуальные вопросы, которые давно пора обсудить с президентом США.

В то же время, предстоящий саммит вряд ли станет судьбоносным: условий для «большой сделки» между Москвой и США пока нет. Но встреча президентов двух стран вполне может оказаться стартовой для последующей серии российско-американских переговоров на высшем уровне, в ходе которых шанс сторон на достижение глобальных договоренностей будет существенно выше.

Кроме того, саммит 16 июня самим фактом своего проведения докажет, что все попытки Запада добиться политической изоляции России с треском провалились. А это уже немало.

+3
Нет комментариев. Ваш будет первым!