В 1990-х годах немецкие и шведские издательства опубликовали дневники бывшего красноармейца Владимира Гельфанда, посвященные Великой Отечественной войне. Хронологически записи охватывают период с 1941 по 1946 годы и обрываются по возвращении автора из Германии. Описания Гельфандом последних месяцев войны и службы в оккупационных войсках вызывают много вопросов – некоторые события, о которых идет речь, не могли произойти в реальности.

Убежденный сталинист

В армию Владимира Гельфанда призвали в 1942 году, когда ему исполнилось 19 лет. После трехнедельной подготовки, получив специальность минометчика, он был направлен в 52-й укрепрайон отдельного артиллерийско-пулеметного батальона. Это случилось как раз во время отступления советских войск после катастрофы под Харьковом. Гельфанду присвоили звание сержанта; затем назначили командиром минометного расчета. Часть, в которой он служил, попала в окружение и была разбита противником. С другими выжившими Владимир Гельфанд оказался в районе Сталинграда и получил направление в 50-й гвардейский стрелковый полк, где исполнял обязанности замполита. Впоследствии Гельфанд принимал участие в боях за освобождение Украины, сражался на территории Польши и Германии.

Владимир Гельфанд в силу возраста и замкнутого характера не пользовался авторитетом среди остальных бойцов. Он часто становился объектом шуток и насмешек со стороны красноармейцев, не воспринимавших юношу всерьез. Бойцы не слушались ни рядового Гельфанда, ни Гельфанда-лейтенанта, когда он уже командовал ими на вполне законных основаниях. Примерив на себя образ идеалиста и борца за справедливость, Владимир Гельфанд регулярно писал рапорты начальству, за что его невзлюбили другие солдаты. В дневнике он сам описывает эпизод, когда сержант-связист из соседней части выгнал его из окопа с объяснением, что «Гельфанд хоть и командир, но из другой части, и подчиняться ему необязательно». Впрочем, «жертвой режима» Владимир Гельфанд никогда не был. Сразу после прибытия на фронт он вступил в коммунистическую партию и не упускал случая выразить восхищение Сталиным в своих дневниковых записях. Гельфанд с восторгом принял приказ № 227 «Ни шагу назад!» и сделал о нем отдельную заметку. «Мне вспоминаются мысли мои во время странствования утомительного и позорного армий наших. О, если б знал т. Сталин обо всем этом! Он бы принял меры — думал я. Мне казалось, что он не осведомлен обо всем, что творится, или же неправильно информирован командованием отходящих армий. Какова же моя радость теперь, когда я услышал приказ вождя нашего. Сталин все знает. Он как бы присутствовал рядом с бойцами, мысли мои сходны с его гениальными мыслями. Как отрадно сознавать это», – писал он. Трепетное отношение к личности вождя Гельфанд пронес через годы войны и в 1946 году вновь принялся восхвалять Сталина в дневниковых записях, называя того солнцем, гением и славным человеком.

Немецкие «невесты» лейтенанта Гельфанда

В феврале 1945 года воинская часть Владимира Гельфанда базировалась недалеко от реки Одер и готовилась к наступлению на Берлин. Однако лейтенанта, похоже, больше занимало другое событие, произошедшее с его товарищами накануне. Он вспоминал: «Позавчера на левом фланге действовал женский батальон. Его разбили наголову, а пленные кошки-немки объявили себя мстительницами за погибших на фронте мужей. Не знаю, что с ними сделали, но надо было бы казнить негодяек безжалостно». Неясно, что побудило Гельфанда к столь резким высказываниям, но любопытно другое. Эта история, как и то, что «воительницы» из женского батальона были захвачены в плен и подвергнуты насилию, не могла иметь ничего общего с действительностью. И дело здесь даже не в моральном облике советских солдат, а в том, что женских батальонов никогда не было в составе вермахта. Женщины вообще не служили в немецких боевых частях. Эту историю выдумал либо сам Гельфанд, либо его приятель, считавшийся «непосредственным участником» событий.

После окончания Великой Отечественной войны Владимир Гельфанд служил на различных должностях в оккупированной Германии, в Берлине и его окрестностях. Большую часть времени — в должности помощника начальника транспортного отдела во 2-й танковой армии. Летом 1945 года он добрался до Рейхстага и написал на его стенах такие строки:

«На балконе берлинского здания

Я с друзьями-бойцами стою,

И смотрю, и плюю на Германию

На фашизм побежденный плюю».

Вероятно, впоследствии Гельфанд отказался от своих слов, поскольку пребывание в Германии явило ему свои положительные стороны. В архиве лейтенанта сохранились письма от проживавших на оккупированной территории девушек. Одно из них начинается словами: «Дорогой Вальдемар!», а оканчивается «сердечным приветом» и подписью: «твоя Хильда». Владимир Гельфанд имел немало романов с немками и гордился этим. В Германии он приобрел фотоаппарат и за год сделал около пятисот снимков, среди которых есть и фотографии «невест». Одна девушка сама нарисовала портрет лейтенанта и оставила его на память. В дневниках Владимир Гельфанд признавался, что преуспел здесь на ниве «сердечных побед», причем заводить знакомства оказалось несложно – порой достаточно было располагать небольшим количеством еды и предложить ее местной жительнице.