Наглядный пример национального позорища

20:12
/
35
/

Дмитрий Орлов

Американская оккупация Афганистана закончилась, и то, как она закончилась, было очень в стиле всей операции, являвшейся одной огромной ошибкой. США ушли посреди ночи, не предупредив своих союзников и оставив после себя быстро разрушившееся марионеточное правительство, которое они создавали и поддерживали в течение двух десятилетий и которое обошлось им в 2,26 триллиона долларов. Чтобы дать вам представление об этих цифрах, население Афганистана составляет 38 миллионов человек; его годовой доход на душу населения составляет 581 доллар США. Умножив одно на другое и результат на 20 лет, мы получим 441,56 миллиарда долларов. Таким образом, расходы США на Афганистан в пять раз превысили ВВП страны!

Ну а как там с результатами? Еще находясь под контролем США (который во многих случаях был скорее условным, чем реальным), Афганистан стал производителем 90% мировых поставок опия, оцениваемых примерно в 58,5 миллиардов долларов в год. Даже будучи коррумпированной схемой использования государственных средств для получения грязных денег за наркотики, афганское предприятие было прискорбно, жалко убыточным, и, вероятно, поэтому эта тема почти никогда не освещалась в американских СМИ. Жить под властью мафиозного правительства может и не быть особо постыдным для тех, у кого нет стыда, но если оно не может даже занести достойную сумму в общак—это для воров величайший позор.

Возможно, еще больший позор в том, что американцы оставили позади множество людей, которых талибы считают американскими коллаборационистами: переводчиков и другой обслуживающий персонал, использованный силами США и НАТО в Афганистане за последние два десятилетия. Было бы благородно отправить их в США и наделить их жильем, пособиями и пенсиями. А произошло как раз то, что США обычно делают в таких случаях: отказываются от своих союзников, как только пропадает в них надобность. Но весь мир наблюдает, и урок, который он может извлечь, заключается в следующем: США стремительно и хаотично отступают, и быть американским союзником или, что еще хуже, американским коллаборационистом, явно небезопасно.

Из этого можно сделать вывод, что вторжение США в Афганистан и пребывание там в течение двух десятилетий было ужасной ошибкой, и это бесспорно так, но это не объясняет, почему ошибка была совершена. Почему империи, особенно умирающие, налетают на Афганистан, как мотыльки на огонь свечи?

История Афганистана и Талибана в нем предоставляет ценную возможность для корректировки нашего отношения к реальности. Вы можете быть о Талибах произвольно низкого мнения; но не следует забывать, в свою очередь, что они скорее всего думают о вас: что вам стоило бы заткнуться, убраться восвояси и не маячить у них на горизонте. Если вы прекраснодушны, у вас может возникнуть соблазн поделиться с ними вашими нежными чувствами на тему свободы, демократии, прав человека, социального и технологического прогресса, защиты окружающей среды, гендерного равенства и репродуктивных прав женщин. Они просто проигнорируют все это как детский лепет.

Скорее всего, вся наша цивилизация рухнет, и от нее не останется ничего, кроме ржавой арматуры, торчащей из потрескавшегося бетона, а они будут там же, где были всегда. Наша задача—научиться уважать их, прекрасно зная, что они никогда не будут уважать нас.

Ниже следует длинная цитата из моей книги «Пять стадий коллапса» (The Five Stages of Collapse, New Society Publishers, 2013), вышедшей на английском, французском, китайском, японском, португальском, шведском и болгарском—а вот на русском, почему-​то, нет. Речь в ней о пуштунах. Талибы, которые снова контролируют почти весь Афганистан, в основном этнические пуштуны (в последнее время они завербовали много таджиков, но это мало что меняет).

Пример из практики: пуштуны

Среди множества неуправляемых пространств в мире вряд ли найдется хоть одно другое столь же способное противостоять безжалостному натиску империй, как пуштунские племенные районы, включяя пакистанский племенной район Вазиристан, находящиеся по обе стороны пористой и в значительной степени условной границы между Афганистаном и Пакистаном, с легкой руки прочерченной некогда британцами. Для захватчиков это невидимая, но неприступная крепость, выдержавшая все попытки централизованных правительственных властей навязать им свою волю. Термин «неуправляемый» здесь, как обычно, применяется неправильно: у пуштунов есть альтернативная система управления, правила которой исключают создание какой-​либо централизованной власти. Насчитывая более сорока миллионов человек, они являются одним из крупнейших этносов планеты. Их способность противостоять британцам, пакистанцам, Советам, а теперь и США/НАТО, позволила им стать одним из величайших успехов антиимпериализма на всей планете. Из чего же сделана скорлупа столь крепкого орешка?

Не менее интересный вопрос: что заставило череду империй продолжать бесполезные попытки его разгрызть, на жалея жизней и богатств на завоевание труднопроходимого, малодоступного и в основном бесполезного участка земли? Не было бы проще, например, тем же британцам просто оставить пуштунов в покое и продолжать использовать винтовки против пигмеев, вооруженных спелыми фруктами, что у них получалось совсем неплохо?

Жажда завоеваний отнюдь не нечто новое, и с доисторических времен различные племена непрерывно покоряли и подчиняли другие племена, но с появлением глобальных империй, похоже, появился новый элемент: полная нетерпимость к полной независимости. Каждый клочок суши на планете, каким бы ничтожным он ни был, должен принадлежать международно признанному государству, которое должно быть связано с другими государствами дипломатическими отношениями и договорами. Мировой политический порядок не может вытерпеть ни единого белого пятна на политической карте. Его императив, кажется, состоит в том, чтобы заставить каждую группу людей по крайней мере сесть за стол переговоров, за которым наиболее могущественные (по собственному мнению) всегда должны иметь преимущество, и подписать юридически обязывающие документы. Существование любого такого белого пятна представляет собой экзистенциальную угрозу для всей системы, а потому усилия по его устранению часто несоразмерны и его ценности, и его опасности. Подобно карикатурным космическим пришельцам, огромные империи приземляются там и говорят: «Отведие нас к своему лидеру!» А если лидера нет, а единственный элемент внешней политики, когда-​либо выработанный местным племенем, исчерпывается короткой нецензурной фразой, то неизбежно возникнет недоразумение и все может закончиться плохо для обеих сторон.

Государство не может навязать свою власть на территории, если его местная система управления является неиерархической, самодостаточной и децентрализованной и имеет прочную традицию объединения исключительно с целью противодействия внешним угрозам и столь же сильную традицию кровной мести за все противоправные смерти (например, за члена семьи, случайно убитого американским дроном). Так оно и есть с пуштунами. Их древний и вечный кодекс поведения называется «пуштунвали», что означает «путь пуштуна» и можно осмыслить как «либо ты пуштун, либо вали». Требуется следовать пуштунвали, чтобы быть хорошим пуштуном. В свою очередь, хороший пуштун, по определению, это тот, кто следует пуштунвали.

А это вопрос первой необходимости, потому что любой пуштун, который не следует пуштунвали, не может сотрудничать с другими пуштунами и имеет очень низкую продолжительность жизни, потому что остракизм среди пуштунов эквивалентен смертному приговору. Среди пуштунов нет права на жизнь; есть только отсутствие повода убить кого-​то прямо сейчас. Если это вам кажется излишне жестоким, то чего вы ожидали? Поездки в Диснейленд? Ну и, разумеется, пуштунов невозможно соблазнить предложениями социального прогресса и экономического развития, потому что не в этом цель пуштунвали. Цель пуштунвали—увековечивать пуштунвали, и для этого пуштунвали отлично работает вот уже много веков подряд.

Пуштунское общество классифицируется как сегментарное, подтип ацефального (безлидерного). Основными авторитетами являются старейшины (малики), которые служат местному вождю племени (хану), но их право занимать руководящие должности всегда зависит от того, ставят ли они интересы племени превыше всего. Все решения принимаются на основе консенсуса, что серьезно ограничивает возможности совместных действий. Однако, столкнувшись с внешней угрозой, пуштуны могут назначить диктатора и беспрекословно служить этому диктатору до тех пор, пока угроза не будет устранена.

Пуштунвали оперирует следующими ключевыми понятиями: честь («нанг») требует действовать невзирая на последствия во всех случаях, когда нарушается пуштунвали. Разрешается лгать, калечить, пытать и убивать, чтобы защитить свою честь. Месть («бадал») требует «око за око» в случае травмы или повреждения и, разумеется, жизни за жизнь, но, что важно, позволяет выплату компенсации во избежание кровопролития. Лишение свободы считается несправедливым и недопустимым при любых обстоятельствах и рассматривается как вмешательство в правосудие, поскольку усложняет процесс воздачи мести и препятствует выплате реституции. Именно поэтому Афганистан стал ареной масштабных побегов из тюрем, где сотни заключенных освобождаются в результате массовых набегов на тюрьмы; цель нападающих—не только освободить заключенных, но и впоследствии убить их или получить от них реституцию. Закон гостеприимства («нанаватай») требует, чтобы любой пуштун предоставил убежище любому, кто его потребует. Как вопрос соблюдения «нанг», гость должен находиться в полной безопасности и защищаться от любого вреда, пока он гость. После того как он переступит порог и перестанет быть гостем, его можно пристрелить на досуге, если так захочется или потребуется. Любые законы, запрещающие укрывать преступников, соучаствовать в совершении преступления постфактум, препятствовать официальным расследованиям и т.д., в свете пуштунвали ничтожны, а любые попытки обеспечить их соблюдение автоматически нарушают «нанг» и провоцируют «бадал».

Местным пуштунским руководящим органом является «джирга», которая созывается только в особых случаях. Она уходит своими корнями к афинской демократии, хотя некоторые ученые утверждают, что она предшествовала ей. Участники усаживаются на земле в круг и каждый имеет право выступить. В соответствии с принципом, согласно которому перед пуштунвали все равны, никто не председательствует. Решение основывается на консенсусе. Любой, кто бросает вызов решению джирги, становится жертвой официально санкционированных поджогов и убийств. Примечательно, что джирга не допускает представительства: это прямая, а не представительная демократия, а потому попытка организации в афганистане парламента, названного «лойа джирга» (большая джирга) немедленно превратилась в фарс. Также крайне важно, что правила джирги оставляют за ней право аннулировать любое ранее заключенное соглашение, что делает невозможными договорные государственно-​правовые отношения с пуштунами. Наконец, только те, кто следует пуштунвали, могут участвовать в джирге; все посторонние автоматически исключаются.

Империи ломают зубы

Первой современной империей, столкнувшейся с пуштунами, была британская. Преисполненные оптимизма, британцы попыталась навязать им индийский Уголовный кодекс. Когда пуштуны отказались признать этот кодекс, результатом стала продолжительная кровавая бойня. Затем британцы отказались от попыток навязать им систему правосудия и вместо этого прибегли к административным мерам: их политика закрытых границ попыталась отделить равнинные племена от горных. Эта политика не смогла остановить кровавую бойню, и через тридцать лет от нее отказались.

В конце концов британцы были вынуждены прибегнуть к аккомодации, признав законы пуштунских племен. Это тоже не сработало, и британцы, в неприличной поспешности и истекая кровью уехали, оставив пуштунов пакистанцам, которые в основном держали курс на примирение. Пакистанцы признали движение «Талибан», возглавляемое преимущественно пуштунами, и разрешали пуштунам самоуправление вплоть до 11 сентября 2001 года. После этого американцами заставили их сделать вид, что они пытаются установить власть над пуштунами, чтобы казалось, что они сотрудничают со своими союзниками, но мало чего осталось от этого союзничества сегодня.

Советский Союз совершил грубейшую ошибку, введя войска в Афганистан, в соответствии с Доктриной Брежнева пытаясь защитить социализм от регрессивных контрреволюционных тенденций. Была сделана тщетная попытка искоренить этнические и религиозные различия при помощи стратегии подавления. На короткое время Советы преуспели в укреплении контроля над городами, в то время как преимущественно пуштунское сопротивление закрепилось на холмах, окружающих Кабул.

Они безжалостно бомбили афгано-​пакистанскую границу, чтобы создать там нейтральную полосу. При этой попытке разрезать пополам один из самых многочисленных и воинственных этносов в мире, они потерпели крупномасштабный провал, вызвав очень большой кризис беженцев и, таким образом, обеспечив своим врагам значительную международную поддержку. После того как, благодаря усилиям ЦРУ (в плодотворном сотрудничестве с Усамой бен Ладеном) пуштуны приобрели зенитные ракеты «Стингер», Советы постепенно утратили способность продолжать бомбежки.

Попытка Советов завоевать сердца и умы пуштунов также обернулась масштабным провалом. Пуштунвали требовал мести за военные действия Советов даже от самых амбивалентных пуштунов. Немногочисленные старейшины, которых Советы смогли кооптировать посредством запугивания или подкупа, быстро потеряли поддержку своих сторонников. Советы ушли в 1988 году, не добившись никакого прогресса и утратив политическую волю к успеху. Это был дорогостоящий конфликт без каких-​либо выгод.

Американцы (и ограниченный контингент НАТО) в течение последних 20 лет успешно повторяли советский эксперимент с еще худшими результатами. Сейчас все СМИ проявляют большой интерес к их позорному бегству из афганистана, в США в основном по внутриполитическим причинам, но конечный результат американского вторжения в Афганистан предсказуем: американцы сделают вид, что его никогда не было. Когда их будут заставлять его обсуждать, они будут изображать невменяемость. Афганистан не будет освещаться в новостях, и американцы не будут озабочены или озадачены тем, что там происходит. Если же в США авиалайнеры снова начнут врезаться в небоскребы, велика вероятность, что какое-​нибудь другое племя заставят вернуться в каменный век при помощи победоносных американских бомбежек.

Правильный подход

Возможно, хотя трудно, конструктивно взаимодействовать с пуштунами: в лучшие времена пакистанцы подошли ближе всего к идеалу. Они бесплатно предлагали пуштунам несколько важных подарков, которые те были готовы принять и оценить. Они предложили пуштунам чувство причастности, предоставив им большую аудиторию и голос в СМИ. Они предоставили неограниченный временной горизонт для привлечения пуштунов в качестве постоянных соседей, построения традиционных дружественных связей и долгосрочных межплеменных отношений. Эти действия основывались на понимании того, что попытки навести порядок без законной власти обречены на провал, вкупе с осознанием того, что у пуштунов любая такая законная власть должна по необходимости исходить изнутри и оставаться автономной и децентрализованной.

Отчасти такое взаимное приспособление удалось благодаря тому, что Пакистан—слабое государство с ограниченными ресурсами. Но пока по планете бродят призраки могущественных военных империй, они будут и дальше ломать зубы о пуштунвали. Можно подумать, что они могли бы научиться на чужих ошибках, но не следует забывать простое правило: совокупный интеллект иерархически организованной группы людей обратно пропорционален ее размеру, а могущественные военные империи настолько велики и, следовательно, настолько глупы, что никогда ничему не научаются.

Авторство:

Авторская работа / переводика

+5
Нет комментариев. Ваш будет первым!