Симон Петлюра

Симон Петлюра

Петлюра до революции



«Приметы Семена Петлюры: рост 166 см, среднее телосложение, внешность интеллигентная, серьезная, имеет привычку выставлять левую ногу вперед и держать руки перед собой; волосы на голове светло-русые, длинные, прямые, пробор с правой стороны, брови и усы русые, борода редкая, рыжеватая, глаза серые, большие, близорукий; при вечернем освещении читает с помощью очков; череп правильный, круглый, лоб плоский и широкий, нос прямой, лицо продолговатое...»

Сын мещанина, полтавчанин, как водилось тогда у разночинцев – учеба в семинарии, потому как священник – это бесплатно и престижно, и параллельно революционер-социалист-безбожник, за что из семинарии и отчислен. Таких было очень много, и проблему создали сами власти, сделав учебу светскую проблемной для поступления. Гуманитариев – выходцев из низов поставили перед выбором: семинария или ничего. Молодые люди выбирали семинарию, параллельно ненавидя и религию, и государство. Такой путь прошли многие, которые и стали в итоге горючим материалом революции.

В 1901 году от Рождества Христова недоучившийся семинарист выбирал: или идти в революцию всерьез, как поступил, скажем, Сталин, точно в таком же положении, или…

Петлюра, не порвав с революцией, выбрал карьеру. Он уезжает на Кубань, становится учителем, пишет статьи на Полтавщине для австро-венгерских газет...

Так бы и прожил бы жизнь наш герой между школьной доской и пером, но вмешалось охранное отделение. Для профилактики у Петлюры проводят обыск и увольняют с должности преподавателя женского училища в Екатеринодаре.

А в 1904 году и вовсе собираются арестовать, от чего, впрочем, Петлюра бежит в Галичину. А вообще, есть что-то странное в этой истории: в 1901–1902 годах в Полтаве волна арестов членов РУП (революционной украинской партии) – Петлюра задержания избегает, на Кубани аресты и обыски – Петлюру не трогают, признав литературу, найденную при обыске, безопасной для государства, в 1904 году задерживают всех друзей Петлюры по Екатеринодару, у него дома находят листовки и гектограф, но сам Петлюра в это время отдыхает на даче крупного чиновника, который ему покровительствует. Потом все-таки арест, но политического и организатора революционного кружка выпускают под залог, и он спокойно уезжает в государство, с которым у России довольно враждебные отношения, откуда и велась подрывная украинофильская работа… Все-таки Охранное отделение работало в империи по каким-то своим стандартам.

В Галиции Петлюра становится фаворитом Грушевского, лидера украинофилов того времени. Впрочем, долго он не задержался и в Австро-Венгрии, в России началась первая революция и Петлюра нелегально переходит границу, в упор не замеченный ни пограничниками, ни жандармами, добирается до Полтавы, где участвует в революционном съезде. А в октябре 1905 года в России амнистия, и Петлюра вступает в УСДРП, как бы партию социал-демократов и марксистов, но при этом партию национальную, так сказать, националистов-интернационалистов. Причем практически сразу в ЦК партии.

Партия, честно говоря, была так себе, перековавшиеся умеренные социал-националисты РУПовцы и молодежь из разночинцев в количестве пары сотен человек. А дальше – переезд в Петербург, где он издавал журнал для агитации студентов-малороссов под названием «Вильна Украина», а оттуда – в Стокгольм:

На IV Объединительном съезде РСДРП украинская делегация от УСДРП предложила объединиться с РСДРП на федеративных началах при условии, что только УСДРП будет представлять интересы украинского пролетариата. Это предложение, как «националистическое», было отвергнуто большинством съезда.

Представляю себе реакцию марксистов эсдеков, партии серьезной и принципиальной в соблюдении марксисткой теории, когда некая партия, ранее неизвестная, заявила, что они представляют рабочих Киева и Криворожья, Донбасса и Одессы, Николаева и Екатеринослава… Рабочие, кстати, этих своих представителей в глаза не видели и об их существовании были не в курсе, собственно, работу среди рабочих УСДРП начала только перед выборами во вторую Государственную думу.

Следующий этап его жизни связан с работой на крупный капитал:

По рекомендации Михаила Грушевского Петлюру принимают на хорошо оплачиваемую работу ответственного секретаря ежедневной газеты «Рада» («Совет»), которую на свои собственные деньги стал издавать меценат и богатый помещик Херсонской губернии Евгений Чекаленко.

Чекаленко – миллионер и олигарх, помещик и марксистов не выносит на дух, он мечтает об Украине, но для себя и таких, как он, без всякого марксизма-социализма.

И Петлюра вполне прижился в таком кругу, пишет театральные обзоры и политические статьи, правда, параллельно пишет для газеты УСДРП, полемизируя, по сути, сам с собой. Впрочем, недолго – в 1907 году газеты потихоньку закрывают, а сам Петлюра становится бухгалтером в Санкт-Петербурге, отходя от революции в пользу быта.

А в 1911 году, окончательно отойдя от политики, Семен-Симон переезжает в Москву и женится, работая в страховом обществе «Россия» и параллельно продолжая писать статьи в газеты. Так бы и угас наш революционер за бытом и работой, но в мир пришла война. Та самая, Первая мировая, и Симон Петлюра снова меняет личину:

Противники России при переходе границы будут, конечно, стараться привлечь украинское население на свою сторону и всякими обещаниями политическими и национальными посулами посеять смуту среди него. Украинцы не поддадутся провокационным воздействиям и выполнят свой долг граждан России в это тяжелое время до конца и не только на поле брани, в рядах бранной рати, сражающейся против нарушителей мирового мира и права, но и как граждане – обыватели, обязанные в меру своих сил и возможностей содействовать успешному выполнению русской армией исключительно ответственной задачи, выпавшей на ее долю.

Превращается в патриота-державника, сторонника войны и… масона-либерала:

Формирование такой политической ориентации в войне было связано у Петлюры с «работой» в масонских ложах, которые ориентировались, прежде всего, на Англию и Францию (на Антанту).

В 1915 году Петлюру мобилизовали в армию, правда, в санитары, причем не в прифронтовой лазарет, а на санитарный поезд, а потом и в уполномоченные Земгора, где он становится тем, кого фронтовики с презрением будут называть земгусарами и с кем связан вот этот эпизод:

Николай II: На вас жалуются, что вы стесняете самодеятельность общества при снабжении армии.

Маниковский: Ваше Величество, они и без того наживаются на поставке на 300 %, а бывали случаи, что получали даже более 1000 % барыша.

Николай II: Ну и пусть наживают, лишь бы не воровали.

Маниковский: Ваше Величество, но это хуже воровства, это открытый грабеж.

Николай II: Все-таки не нужно раздражать общественное мнение.

И становится Петлюра ни много ни мало, а уполномоченным Земгора по Западному фронту, а это колоссальные деньги и возможности. К тому времени 36-летний Петлюра уже полностью сформированная личность, несомненный карьерист, немного социалист и украинофил. А в начале марта 1917 в Киеве провозглашена Центральная Рада и автономия Украины.

В событиях революции


В Киев Петлюра попал только в мае 1917 года, где и сразу же начал свою карьеру политика и военного в новых условиях. Как раз в эти дни в Киеве проходит воинский съезд, где радикал Михновский, автор заповедей украинца (полных ксенофобии и антисемитизма) выдвинулся в главы съезда, а УСДРП противопоставило ему Петлюру. Надо отдать должное фронтовикам – Михновского они не поддержали, но не поддержали и Петлюру, которого не знали, и земгусарство которого откровенно раздражало воевавших людей.

Тем не менее в президиум он попал, и это предопределило многое в судьбе Украины на следующие четыре года. Трудно представить фигуру для того времени худшую, чем военный министр бунтующей окраины бывшей империи – популист и социалист без опыта службы. Мундир не делает человека солдатом, а привилегии Земгора – офицером, и не понимая чем живет военный организм, натворить можно было такого… Петлюра и натворит.

«Украина для украинцев! Следовательно, изгони отовсюду с Украины чужеземцев-угнетателей!.. Не бери себе в жены женщин из других народов, потому что твои дети будут тебе врагами; не дружи с врагами нашего народа...»

Но на фоне автора вот этих заповедей Михновского, умеренный Семен – вариант не самый худший. Правда, был вариант и лучший – Скоропадский, который предлагал, будучи кадровым генералом, сохранение дисциплины и организации армии. Но особенность толпы в том, что она идет за привлекательными лозунгами, идеи Михновского народу не зашли, но и идеи войны и дисциплины – тоже.

А в итоге все придет к печально известной отаманщине, но это уже в 1919 году, а пока год 1917. В Петрограде Временное правительство, в Киеве его комиссар, Городская дума, Совет Рабочих депутатов и Центральная Рада. Все они считают себя властью, но при этом анархия только нарастает, а Петлюра строит армию, ну как строит...

«… нам нужна не постоянная армия, а всенародное вооружение, милиция… Опасность состоит в том, что когда организуется буржуазия, армия станет оборонять ее интересы против интересов демократии и крестьянства. Вот почему эти полки «имени гетманов» могут иметь в себе элемент опасности, когда они будут созданы на постоянной основе...»

Генеральный Секретарь Центральной Рады не считал нужной армию вообще, ставя на ополчение. И сторонники иных точек зрения из Рады выдавливались безжалостно. Особо доставалось офицерам:

«Ко всем старшим офицерам, даже если они были чистокровными украинцами, Петлюра и его ближайшие сотрудники относились с глубоким недоверием».
В итоге же никакой украинской армии так и не было построено, более того, разагитированные УСДРП части в бой ни с немцами, ни с большевиками не пошли, зато регулярно бунтовали и митинговали.

Впрочем, это была проблема общероссийская, ликвидировав воинскую дисциплину, Временное правительство получило полный развал вооруженных сил, а уж под какими лозунгами солдаты на фронт не шли – дело десятое. Нарастала и анархия, дезертиры с оружием массово разбредались по домам.

Гражданская война


После Октябрьской революции позиция Рады была однозначной.

В три часа пополудни в зале Педагогического музея собралось экстренное заседание Центральной Рады. На нем было заявлено о том, что вся полнота власти в Украине (8 губерний + Северная Таврия) переходит к Центральной Раде как высшей законодательной власти (глава М. Грушевский) и Генеральному секретариату как высшей исполнительной власти (глава В. Винниченко).

В тех условиях это было равнозначно объявлению войны. Усугубило ситуацию заигрывание с донскими казаками и пропуск антибольшевистских подразделений на Дон, что и привело к ультиматуму Совнаркома и наступлению Муравьева на Киев. К тому времени УНР было уже две: одна – в Харькове, пробольшевистская, и вторая – в Киеве.

Какова роль в этом Петлюры?

А он оставался в тени Грушевского и Винниченко, поддерживая все их решения. Давил (с казнями и пытками) восстание на заводе «Арсенал», пытался организовать отпор Муравьеву (безуспешно), ну и интриговал за спинами товарищей, тайком заигрывая со странами Антанты и Белым движением.

Именно в этот период социализм Петлюры (во многом показной и в юности) окончательно исчерпан, перед нами – кандидат в диктаторы и человек, подкованный в интригах. Даже вылет его в отставку в середине декабря сыграл Петлюре только на руку – к краху Центральной Рады он оказался непричастен, а резкая смена позиции в сторону поддержки офицеров и России сделала его в чем-то даже популярным. А его фронда по отношению к немцам лишь добавила очков в копилку. Все это сыграет роль в свое время, а пока в Киеве немцы, гетманский переворот и аресты членов УСДРП, включая Петлюру.

Долго он не просидел, гетман Скоропадский, понимая, в принципе, что опоры, помимо немцев, у него нет, заигрывал с бывшими, и Петлюру отпустили, как и его партийных товарищей.

В вагоне Директория, под вагоном – территория


Писать историю Директории можно долго и подробно, а можно тезисно и кратко. В принципе, появилась она как некий итог крестьянского восстания против немецко-австрийских оккупантов и гетмана, их олицетворявшего. Нет, организовались они сами, из числа последнего правительства Центральной Рады, но поддержка шла именно снизу.

А остальное было просто логично – и крестьяне, которые разошлись по домам, ибо гетман уже все, и попытка объединения с ЗУНР, возникшей на руинах Австро-Венгрии и воевавшей с поляками, и отаманщина, потому как армия, образованная из отрядов-землячеств в условиях войны всех против всех, не грабить не могла, при полном отсутствии дисциплины, и даже дикий антисемитизм с погромами, которые Петлюра не организовывал, конечно, но которым не хотел и не мог мешать. Логично и то, что Директория в итоге пала, а УНР возглавил свой мини-Наполеон, которым стал наш герой, и даже финал развития личности Петлюры, зафиксированный соратниками:

«Тату! Лізе чорт у хату! Дарма, сину, аби не москаль!»

После чего Петлюра, не сумев договориться с Антантой, договаривается с поляками предельно циничным способом, передав Польше украинскую Волынь и заключив с ними союз ЗУНР. Впрочем, и это не помогло, польские войска отступили и, несмотря на чудо на Висле, получили только территории, переданные им по договору с Петлюрой.

А дальше была эмиграция и гибель от рук советского разведчика, который, помимо работы, мстил за еврейские погромы. Остался вывод Винниченко, соратника и противника Петлюры на протяжении десятилетий:

С. Петлюра, этот маленький покорный слуга западной реакции, тщедушный ґладіатор империалистических цезарей, несчастный раб своего мелкого славолюбства и типичний продукт мелкого национального мещанства, вовлеченного в большие национально-социальные катаклизмы.

И новый миф в наши дни, о великом и мудром правителе.

На самом деле Петлюра не лучше многих прочих, как и не хуже, пожалуй. Любая революция – это волна, которая выносит наверх случайных людей. Бывает, и гениев, вроде того же Наполеона, а бывает – и мещанских сыновей, которые хотят как лучше, но не умеют и не обладают нужными качествами для чего-то большего. И заканчивается это, как правило, сильно нехорошо: бесконтрольные со стороны командования воинские группировки – это гарантированные зверства и грабежи, платит за амбиции же мирное население.

+3
Нет комментариев. Ваш будет первым!