Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”

Все эти снимки объединяет авторство и время — их сделала фотокорр «Лайфа» 37-летняя Маргарет Берк-Уайт (Margaret Bourke-White, 1904-1971) в военной Москве в июле-августе 1941 года. Кроме двух, 1931 года и её же авторства, которые тоже связаны контекстом с этим фоторядом. Условия, в которых она работала, были поистине уникальные — ведь с наступлением войны режим съёмок сильно ужесточился, и за несанкционированную сьёмку на улицах, равно как и за несданный фотоаппарат, полагался однозначный трибунал. Однако она была в особых условиях: в преддверии приезда в Москву специального эмиссара президента США Гарри Гопкинса (а этот визит рассматривался Сталиным в данный момент как сверхважный) ей был выдан фактически карт-бланш на сьёмки образов воюющего Советского Союза для авторитетного журнала заокеанского союзника (США), который был способен положительно повлиять на общественное мнение той страны.

Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”

Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Впервые в советской истории иностранный корреспондент буржуазной страны (безо всяких посредников в виде официальных фотографов) был не просто допущен в рабочий кабинет загадочного для Запада вождя, но и снял его в непарадной, камерной обстановке вблизи.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Налёты люфтваффе на столицу начались 22 июля, и Маргарет сумела снять один из первых — 26 июля.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
А этот снимок (тоже 26 июля) — более зрелищный, конечно. Откуда он сделан, примерно догадываюсь (крыша английского посольства на Софийской наб.) — но так ли это, пусть подскажут знатоки Москвы.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Продавщица газводы и москвичи, июль 1941.

Москва в июле 1941-го во многом вела мирную жизнь и ещё не была перестроена в тот жёсткий ритм, который привычен нам из снимков военного времени. Как мы помним из событийного ряда, мирная жизнь для столицы полностью закончилась 14-15 октября 1941 года — после грандиозной московской паники, грабежа магазинов, мародёрства на улицах — введением осадного положения и эвакуацией основного состава наркоматов в Куйбышев.

Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
На стадионе, июль 1941 (матчи, как видите, ещё проводились и чемпионат не закрыт).
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Советские танкисты. Это ещё, скорей всего, кадровый состав, не вновь призванные во время войны новобранцы.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Они же, в жанре фотопортрета.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Солдаты на грузовике. Судя по возрасту многих из них, возможно, это ополченцы.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Знаковое фото на тему «Русские бабы» или «Труженицы тыла», кому как удобнее, вошедшее после войны в западные альбомы фотографий. Оно воспроизводилось много и часто, и даже в ельцинские 90-е послужило как cover story обложки «Тайма».
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Снимок Манежной площади с видом на Кремль из номера «Националя» (см. выше снимок авианалета 26 июля — тот же ракурс, только камера ниже углом к горизонту). Интересна будочка с постовым (или регулировщиком движения?). Справа, возможно, след от упавшей на асфальт во время налёта небольшой авиабомбы или просто дорожные работы. Место, где сейчас могила Неизвестного Солдата, загорожено.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Обучение сандружинниц, август 1941 г.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Пустили Маргарет и в святая святых, запретное для обычной сьёмки место — московское метро. Это — на станции «Маяковская», в момент, когда москвичи укрываются от очередного авианалёта. Обычно налёты начинались поздно вечером, с наступлением летних сумерек. На путях стоит недвижимый поезд. Как видите, для размещения маленьких детишек заранее заготовлены типовые колыбельки-топчанчики из дерева. И ещё: женщины молодые и средних лет одеты сравнительно неплохо.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Вход на эскалатор — предполагаю, что тоже на «Маяковской». Судя по составу народа, дело происходит ещё днём, во время обычного режима работы метро. Некоторые оглядываются на необычное зрелище — фотограф внутри метро.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Организовали для Маргарет и встречу с тогдашним начальником штаба Западного фронта, находившемся на острие главного удара и ведшим тяжёлые бои под Смоленском, В.Д. Соколовским (будущим Маршалом Советского Союза). Тогда он ещё генерал-лейтенант.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
А это фото генерала Соколовского, видимо, сделано на банкете в честь американской делегации, или во время встречи с американцами. В руке у него зажата папиросина.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Старый большевик Соломон Абрамович Лозовский (Дридзо), директор Совинформбюро и замнаркома иностранных дел (Молотова) все годы войны, по совместительству — организатор ЕАК (Еврейского Антифашистского комитета). Будет арестован в 1949-м и расстрелян в 1952-м.

Вообще, Берк-Уайт во время пребывания в Москве летом 1941 г. успела снять очень многих — и писателей, и военных, и церковных деятелей, и даже сьездила в подмосковный колхоз, но формат поста не позволяет мне показать всех, смотрите в архиве «Лайфа».

А теперь переходим к политическим снимкам.

Сперва покажу вам Гарри Гопкинса (1890-1946), доверенного лица и личного друга президента США Рузвельта, который взял на себя переговорную миссию со Сталиным и СССР после настойчивой просьбы президента. Вообще, он к этому моменту – очень больной человек, но свою миссию выполнит с честью и постепенно завоюет доверие как Сталина, так и Черчилля. Он ещё неоднократно прилетит в Москву.

Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Снимок сделан аккурат перед встречей со Сталиным 31.7.1941.Гопкинс — справа, а слева — военный атташе посольства США в СССР Макнарни.

Визит Гопкинса в Москву в конце июля – начале августа 1941 года может рассматриваться как явный прорыв в американо-советских отношениях. Суточный перелет Гопкинса, большую часть которого он провел в хвостовом отсеке самолета в кресле пулеметчика, конечно, был поступком мужественного человека. Гопкинс после операции по удалению раковой опухоли в желудке в 1938 году мог поддерживать в себе жизнь только при помощи специальной диеты и своевременного приема лекарств.
В Москве Гопкинс встречался со Сталиным и другими руководителями Советского государства. Он хотел выяснить, “как долго продержится Россия”. Советская сторона подробно ознакомила его с ходом и перспективами военных действий на советско-германском фронте, ему был представлен список вооружения и материалов, необходимых СССР в первую очередь.

Следующие два снимка — спонтанные и незапланированные, сделаны 31 июля. Ехали куда-то по Москве на своих «Бьюиках» (возможно, что и на приём к Сталину) и у одной из машин спустило колесо. А Маргарет воспользовалась заминкой и сняла

Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Слева направо — Макнарни, Гопкинс, посол США Штейнгардт.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Сценка во время замены колеса.

И, наконец, серия фото, сделанная Маргарет Берк-Уайт около 9 вечера 31 июля 1941 года в кабинете Сталина (выписку из журнала посещений Сталина я привёл в самом начале). Кстати, путём сопоставления попутно выяснилось, что писатель Иван Стаднюк в своём известном романе нафантазировал — никакого посла Штейнгардта на аудиенции не было, переговоры со Сталиным вёл только Гопкинс. Возможно, он сидел где-нибудь в кремлёвском предбаннике, но в кабинете не был. И ещё, было это не 30 июля, когда Жукова сняли с поста начальника Генштаба, а 31-го.

Это было беспрецедентное событие – если, конечно, вести отсчёт с момента обретения Сталиным полной власти в государстве, примерно с 1929 года. Обратимся к журналу посещений рабочего кабинета Сталина в Кремле.
Итак, запись от 31 июля 1941 года:
1. Гопкинс 18.35—21.00
2. Потрубач 18.35—20.55
3. Петров 20.45—20.55
4. Власик 20.45—20.55
5. Маргарет Боркуаит 20.45—20.55
Последние вышли 21.10
* * *
Гарри Гопкинс – эмиссар Рузвельта – вёл со Сталиным важнейшие переговоры по установлению рамок союзнических отношений; Потрубач – это переводчик, Власик – начальник охраны Сталина, а Петров – адьютант. И Маргарет. Больше никого не было. Я не могу утверждать однозначно; однако логически, из состава присутствовавших, следует, что в процессе переговоров Гопкинс предложил для сьёмок своего фотографа, а Сталин согласился. А может, это было согласовано немного ранее. На последней 10-минутке (с 20.45 до 20.55) фотограф зашла в кабинет в сопровождении начальника охраны генерала Власика и адьютанта, которые, возможно, помогали Маргарет ставить в кабинете правильный свет для сьёмки – ведь она снимала на среднеформатную камеру, на весьма длительных выдержках.

Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Гарри Гопкинс и Иосиф Сталин. Точка сьёмки — откуда-то снизу. Любопытно, что оба стоят с папиросами в руках, в разные стороны 🙂
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Немного другая проекция, сбоку. У Сталина угадывается небольшой животик, Гопкинс же худой и очень измождённый.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Сталин вблизи. Здесь освещение несколько скрадывает оспины, однако на снимках ниже они хорошо видны. Любопытно, какие у него на френче весёленькие пуговицы. И — взгляд. Смертельно усталый.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Другая проекция, чуть снизу. Вот тут оспины на лице видны хорошо.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
И ещё один вариант.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Все удачные варианты сьёмки Сталина были впоследствии использованы в журнале. Вот, скажем, промежуточная «вырезка» изображения для публикации
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
В заключение этого поста приведу ещё два снимка, на 10 лет старше показанных. Оказалось, что во время своей поездки на Кавказ в 1931 году (в возрасте 27 лет) Маргарет снимала и мать Сталина, Екатерину Джугашвили (Кеке). Снимки сделаны в Тбилиси.
Москва. Грозовое лето 1941-го в снимках журнала “Лайф”
Ещё вариант, поближе.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram
+6
Нет комментариев. Ваш будет первым!