Войска СС и вермахт в Курской битве. Сравнительный анализ боевого применения

Войска СС и вермахт в Курской битве. Сравнительный анализ боевого применения

Перевод очерка Романа Тёппеля (Roman Toeppel) «Waffen-SS und Wehrmacht in der Schlacht bei Kursk. Ein Vergleich im operativen Einsatz», опубликованного в сборнике «Войска СС. Новые исследования», издательство «Ferdinand Schoening», Padeborn, 2014 г.

Перевод: Slug_BDMP


Введение


15 апреля 1943 года Адольф Гитлер подписал оперативный приказ Ставки вермахта № 6 о проведении наступательной операции «Цитадель». Операция представляла собой наступление по сходящимся направлениям в районе города Курска с целью окружить и уничтожить сосредоточенные там советские войска.

В случае успеха вермахт существенно сокращал линию фронта и таким образом высвобождал резервы для действий на других участках. Кроме того, предполагалось захватить большое количество пленных и трудоспособных гражданских лиц для работы на нужды Германии (Приложение 2).

Изначально Гитлер планировал начать наступление в начале мая, но эти сроки раз за разом сдвигались. Это давало возможность как германским, так и советским войскам лучше подготовиться к грядущим летним боям. Начавшаяся 5 июля 1943 года операция «Цитадель» вылилась в почти двухмесячную череду сражений за города Курск, Орел и Харьков. Историк Карл-Хайнц Фризер впоследствии назвал её «величайшей битвой в истории». По количеству задействованных войск Курской битве не было равных во всей Второй мировой войне: уже в первые две недели боев в нее были втянуты с обеих сторон около 2 миллионов человек, 5 000 самолетов, 8 000 танков и САУ и почти 39 000 орудий.

Для сравнительного анализа боевого применения вермахта и войск СС наилучшим образом подходит операция «Цитадель» – первая, наступательная для немцев, фаза Курской битвы. Большинство участвовавших в ней соединений в этот период, как минимум в течение первой недели, находились в примерно равных условиях – постоянно вели наступательные бои. Впоследствии же они то оборонялись, то переходили в контратаки. Части и соединения выводились из боя, направлялись на другие участки. Таким образом, корректное сравнение видится затруднительным.

Целью данного небольшого исследования является попытка ответить на три вопроса:

– Были ли участвовавшие в Курской битве соединения СС оснащены лучше аналогичных соединений вермахта?

– Оправдали ли соединения СС возлагавшиеся на них надежды?

– Несли ли войска СС более высокие потери в сравнении с вермахтом?

Ответив на них, можно реально оценить боевую эффективность войск СС.

I. Были ли соединения СС оснащены лучше аналогичных соединений вермахта?


О численном составе германских войск, участвовавших в операции «Цитадель», можно говорить с большой степенью уверенности, так как сохранились дневники боевых действий всех трёх армий, задействованных в операции. Документы оперативных отделов (Ia) хранятся в Федеральном архиве – военном архиве (BА-MА): Армейская группа «Кемпф» – архивный номер Rh 20-8/83; 9-я армия – RH 20-9/134; 4-я танковая армия – RH21-4/104.

В «Цитадели» принимали участие 33 германские дивизии: 17 пехотных, 5 мотопехотных и 11 танковых. Кроме того, было задействовано большое количество отдельных частей, подчинявшихся непосредственно командованиям армий и групп армий: например, отдельные танковые, противотанковые, самоходно-артиллерийские батальоны.

9-я армия под командованием генерал-полковника Вальтера Моделя, наступавшая на Курск с севера, из района Орла, насчитывала 17 дивизий. Дивизий СС в её составе не было. Её наступление продлилось ровно одну неделю – с 5 по 11 июля 1943 года. 12 июля Красная армия начала своё контрнаступление на Орел – операцию «Кутузов». В результате этого всё северное крыло немецких войск перешло к обороне.

С юга, из района Белгорода, наступали 4ТА и АГ «Кемпф» (названная по имени её командующего – генерала танковых войск Вернера Кемпфа).

На АГ «Кемпф», насчитывавшую семь дивизий, возлагалась задача прикрытия восточного крыла 4-й ТА генерал-полковника Германа Гота от возможных советских контратак.

Главная задача на южном направлении возлагалась на 4ТА: как можно быстрее прорвать глубоко эшелонированную оборону советских войск и, наступая на север, соединиться с 9-й армией, замкнув таким образом кольцо окружения вокруг неприятельских сил на Курской дуге. 4ТА была самым мощным объединением, участвовавшим в «Цитадели», и насчитывала десять дивизий. Девять из них приняли участие в наступлении. К их числу относилась панцер-гренадерская дивизия вермахта «Великая Германия» (далее: п-г.д. «ВГ») и II танковый корпус СС, включавший в себя панцер-гренадерские дивизии СС «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер» (далее в тексте: Лейбштандарт), «Рейх» и «Мертвая голова».

Штатная численность панцер-гренадерских дивизий СС была выше, чем у аналогичных армейских. Численность их личного состава, техники и вооружения была даже выше, чем у армейских танковых дивизий. Каждая из трёх дивизий СС насчитывала около 20 000 человек. В их состав входили пять мотопехотных батальонов, а не три, как в армейских соединениях. К тому же они имели по два легких артиллерийских дивизиона, а не по одному, как танковые дивизии вермахта.

П-г.д. «ВГ» в этом отношении походила на дивизии СС. Только она и «Лейбштандарт» обладали усиленными мотопехотными батальонами – по пять рот, а не по четыре, как у всех остальных.

Ещё большим было превосходство в количестве танков. См. Таблицу 1.

Таблица 1. Оснащенность дивизий, участвовавших в операции «Цитадель», танками и САУ.

Войска СС и вермахт в Курской битве. Сравнительный анализ боевого применения

Примечания к таблице 1.

1) Сведения о наличии:
– танков – на 11.07.43 (BA-MA, RH 10/60, стр. 57–59),
– штурмовых орудий– на 11.07.43 (BA-MA, RH 10/62, стр. 92),
– противотанковых САУ – на 13.07.43 (BA-MA, RH 10/63, стр. 62–65);

2) в число БТТ, приведенное в таблице 1, входят как боеготовые машины, так и находящиеся в ремонте и в процессе перевозки с заводов в Германии;

3) в таблице 1 не учтена БТТ частей, временно приданных дивизиям на время проведения операции «Цитадель»;

4) к современным танкам отнесены Pz IV с длинноствольным орудием, Pz V «Пантера»,
Pz VI «Тигр» и трофейные T-34; к устаревшим: Pz I, Pz II, Pz III, Pz IV с короткоствольной пушкой, Pz 35 (t), Pz 38 (t) и командирские машины на их базе.


Оснащению дивизий II т.к. СС и п-г.д. «ВГ» остальные военнослужащие вермахта могли лишь позавидовать. Все они имели в своём составе полноценные дивизионы самоходных гаубиц «Хуммель», «Веспе» и «Грилле». Также имелось у них и по одной роте новейших танков «Тигр» (14 единиц), наводивших ужас на противников.

Всего в Курской битве приняли участие 147 «Тигров». 90 из них не упомянуты в таблице 1, так как входили в состав 503-го и 505-го отдельных тяжелых танковых батальонов.
К тому же п-г.д. «ВГ» была единственной обладательницей целого батальона «Тигров» – 45 единиц, и она же первой получила новейшие танки «Пантера». Йозеф Геббельс в своей дневниковой записи от 1.04.1943 назвал «Великую Германию» «Лейбштандартом вермахта». Благодаря высокопоставленным покровителям в высшем командовании вермахта, «ВГ» имела приоритет в снабжении по сравнению с другими армейскими соединениями.

Нельзя также забывать и о дивизионах штурмовых орудий. Летом 1943 эти машины особенно ценились на Восточном фронте. В рапортах с фронта их достоинства превозносятся буквально до небес. Примером этого могут послужить рапорт майора генштаба фон Буссе штабу группы армий «Центр» (ВА-МА, RH 10/54, стр. 87), а также отчет командира 200-го учебного дивизиона штурмовых орудий о командировке на Восточный фронт (ВА-МА, RH 10/58, стр. 358).

Однако нельзя переносить ситуацию со снабжением дивизий II т.к. СС на все войска СС, участвовавшие в «Цитадели», и считать, что все они имели приоритет в сравнении с вермахтом. Даже такое прославленное соединение, как п-г.д. СС «Викинг», было оснащено хуже своих товарищей из II т.к. СС и по своему состоянию соответствовало обычной п-г.д. вермахта. В начале июля 1943 «Викинг» располагал 46 танками (по большей части устаревшими), 6 штурмовыми орудиями и 14 противотанковыми САУ. Для сравнения: 16-я п-г.д. вермахта, сражавшаяся бок о бок с «Викингом» в Донбассе, располагала 53 танками и 14 противотанковыми САУ. Обе дивизии с апреля 1943 находились на отдыхе, были пополнены и вступили в бой лишь 17.07.1943 года.

Можно уверенно утверждать, что лучшее оснащение дивизий «Лейбштандарт», «Рейх» и «Мертвая голова» летом 1943 года объясняется тем, что именно на них возлагались наиболее ответственные задачи при наступлении на Курск. Это предусматривалось ещё «Предложением по проведению операции «К», представленным начальником штаба группы «Кемпф» 1.04.1943 (ВА-МА, RH 20-8/81). Некоторые армейские дивизии (не только «ВГ»), что должны были участвовать в «Цитадели», также усиливались. Наиболее ярким примером этого является 78-я «штурмовая» дивизия. 78-я имела в своем составе дивизион противотанковых САУ (26 САУ «Мардер») и 189-й дивизион штурмовых орудий (31 штуку). Эта, по сути пехотная, дивизия была настолько «накачана» вооружением, что в ходе боев лета 1943 это привело к большим трудностям. Майор генштаба фон Буссе писал в своём рапорте в штаб группы армий «Центр» от 17.08.1943 следующее:

«78-я «штурмовая» дивизия в своём нынешнем состоянии недееспособна. Как минимум дивизион противотанковых САУ должен быть изъят из её состава, так как она имеет ещё дивизион штурмовых орудий. Дивизия перегружена вооружением, командиры не способны эффективно им распорядиться. Соединение не в состоянии обеспечить эвакуацию поврежденных машин и возместить потери в экипажах».

(ВА-МА, RH 10/54, стр. 91).

II. Понесли ли соединения СС чрезмерные потери в Курской битве?


Дивизии II. т.к. СС действовали на решающем участке операции «Цитадель», что, естественно, означало высокие потери. Однако вопрос в другом – были ли данные потери выше, чем в соединениях вермахта, и можно ли считать их «чрезмерными»? Можно ли считать справедливыми обвинения со стороны вермахта в том, что СС достигали успехов лишь ценой неоправданно высоких потерь?

В качестве характерного примера можно привести высказывание Эриха фон Манштейна в его «Утерянных победах»:

«… Высокая кровавая цена, которую они (СС) платили, чаще всего не идет ни в какое сравнение с достигнутыми результатами».

Исследователи (например, Бернд Вегнер в своей книге «Политические солдаты Гитлера») указывают на то, что сам рейхсфюрер СС Г. Гиммлер постоянно подчеркивал высокие потери войск СС. Таким образом, он создавал своим подопечным славу «особенно упорных и фанатичных бойцов». Однако такая «реклама» была палкой о двух концах.

Среди немцев вскоре создалось мнение о чрезмерных потерях в войсках СС, что отпугивало многих потенциальных добровольцев. В глазах профессиональных военных это также не было «комплиментом»: нужно наносить высокие потери противнику ценой минимальных собственных. Пример 18-й танковой дивизии наглядно показывает, что большие собственные потери не означают высокую боевую ценность соединения. Хотя и не имеется полных данных о потерях 18-й т.д в операции «Цитадель», однако, несомненно одно – они были одними из самых высоких в летней кампании 1943 года. Высоки настолько, что не было смысла их восполнять. Данная танковая дивизия была расформирована и на её базе создана артиллерийская.

Катастрофа 18-й т.д объясняется тем, что она была одной из самых слабых среди всех танковых дивизий, и к началу наступления не была пополнена до штатной численности. К тому же нужно добавить и тактические ошибки, приведшие к неудачам и высоким потерям (ЖБД 18-й т.д за период 28.06.43 – 12.07.43; ВА-МА, RH 27-18/139, стр. 10–12 и 17–23). Даже в истории дивизии, написанной одним из её ветеранов Вольфгангом Паулем, честно и без прикрас говорится о полном провале соединения под Курском.

Ни в чем подобном невозможно обвинить дивизии II. т.к. СС. В самый разгар боев 12.07.1943 корпус посетил командующий ГА «Юг» Э. фон Манштейн и выразил «благодарность за выдающиеся успехи и образцовое поведение в боях». Это занесено в ЖБД корпуса за 1.07.43 – 2.08.43 (ВА-МА, RS2-2/17, RS2-2/18). Несколькими днями позднее командующий 4 ТА Герман Гот отметил подчиненные ему дивизии СС в приказе и выразил «высшую признательность» за проявленные в предыдущих боях «выдержку, стойкость и беспримерную храбрость» (приказ от 18.07, ВА-МА, RH 21-4/111, стр. 115).

О том, что это была не банальная похвала для поднятия боевого духа войск, говорит то, что командующий II. т.к. СС Пауль Хауссер по окончании наступления на Курск был по представлению Г. Гота награжден дубовыми листьями к Рыцарскому кресту. Хауссер был единственным из четырёх генералов 4 ТА, награжденных после «Цитадели». Командующий XXXXVIII танковым корпусом генерал Отто фон Кнобельсдорф удостоился лишь письменной благодарности от Г. Гота, а генерал Ойген Отт, командовавший LII армейским корпусом, не получил вообще ничего.

Но какую же цену заплатили дивизии СС за свои успехи в операции «Цитадель»? Были ли их потери выше, чем в среднем в войсках, участвовавших в операции? Простое сравнение с другими соединениями не даст ответа на этот вопрос. Во-первых, наступление соединений 9-й армии застопорилось ещё 11 июля, а войска 8 А и 4 ТА наступали вплоть до 17-го июля.

Во-вторых, сравнить абсолютное число потерь соединений недостаточно, так как их исходная численность значительно отличалась. Логичным будет сравнение относительного процента потерь от их исходной численности. Результаты для соединений группы армий «Юг» приведены в таблице 2.

Таблица 2. Потери живой силы германских войск на южном участке фронта в Курской битве в период 4.07.1943 – 18.07.1943

Войска СС и вермахт в Курской битве. Сравнительный анализ боевого применения

Источник: Kursk Operation Simulation and Validation Exercise – Phase II (KOSAVE II), prepared by Officeof the Chiefof Staff, US Army Concepts Analysis Agency, Bethesda, Maryland, 1998

Примечания к таблице 2:

1) в таблице 2 не учтена 57 п.д, так как она не вела наступательных действий и выполняла вспомогательную, оборонительную задачу. Также не учтена 198 п.д, вступившая в бой через несколько дней после начала наступления;

2) в таблице учтены также потери частей, приданных дивизиям;

3) некоторые соединения ГА «Юг» уже 4 июня начали проводить локальные наступления с целью улучшения позиций. Поэтому данные приводятся с 4.07.1943.


По приведенным данным видно, что самые высокие относительные потери понесли пехотные дивизии. Если рассматривать лишь танковые соединения, то потери войск СС самые высокие. Однако II т.к. СС нес на себе основную тяжесть боев в наступлении на Курск. В этом случае потери уже не выглядят чрезмерными.

Ещё больше это бросается в глаза при сравнении потерь бронетехники соединений, участвовавших в операции «Цитадель». В таблице 3 приводятся потери танков Tiger, P III, P IV и штурмовых орудий по сводке ОКВ на 14.07.1943.

Таблица 3. Потери танков танковых дивизий, участвовавших в операции «Цитадель» в период 5.07.43 – 14.07.43.

Войска СС и вермахт в Курской битве. Сравнительный анализ боевого применения

Примечания к таблице 3:

1) в таблице не учтена 12 т.д, так как она лишь небольшой частью сил участвовала в операции «Цитадель»;

2) данные по исходному состоянию:
– танки 11.07.43, ВА-МА, RH 10/60, стр. 57–59 (30.06.1943),
– штурмовые орудия RH 10/62, стр. 92 (30.06.1943);

3) потери:
– ГА «Юг» 14.07.43, RH 10/64, стр. 67;
– ГА «Центр» 14.07.43, RH 10/65, стр. 12.


Из этих данных становится ясно, что дивизии II т.к. СС удивительно малы. И дальнейшее развитие событий не меняет это соотношение. На 27.07.1943 безвозвратные потери корпуса составили 31 танк и 5 штурмовых орудий. Понятно, что эти соединения изначально имели больше танков, чем другие, и поэтому процент потерь не так высок. Это также означает возможность быстрее преодолеть сопротивление противника и таким образом избежать потерь.

Тем не менее, дивизии II т.к СС несли на себе основную тяжесть боев в наступлении. На этом фоне можно сделать однозначный вывод: потери танков удивительно невелики.

III. Были ли дивизии СС «элитой»? Какова была их боевая ценность летом 1943?


Курская битва не закончилась после остановки операции «Цитадель». Советская сторона считает, что она продолжалась до 23 августа, когда Красная армия освободила Харьков. Для того, чтобы ответить на вопрос, как показали себя дивизии СС в Курской битве, нужно рассмотреть дальнейшие события лета 1943 года на южном крыле Восточного фронта. Дивизия «Лейбштандарт» в этих боях более не участвовала, так как после падения режима Муссолини 25.07.1943 была направлена в Италию. Решение отправить в Италию именно «Лейбштандарт» Гитлер объяснял командующему ГА «Центр» генерал-фельдмаршалу фон Клюге так:

«Только первоклассные войска, которые к тому же идеологически близки фашизму, могут там чего-то достичь».

Напротив, дивизии «Рейх» и «Мертвая голова» продолжали сражаться на самых критических участках ГА «Юг». В конце июля они приняли участие в контрнаступлении против советского плацдарма на реке Миус в Донбассе. В начале августа вместе с дивизией СС «Викинг» они были направлены в район Харькова и подчинены III т.к. Это была заключительная фаза Курского сражения. Начальник штаба III т.к. полковник Эрнст Мерк так охарактеризовал их одному из проверяющих из ОКХ:

«Дивизии СС благодаря своей отличной укомплектованности личным составом и вооружением способны на многое. Однако качество командования и сплоченность оставляют желать лучшего. Им требуется жесткое руководство и постоянный контроль со стороны вышестоящего командования».

(Источник: рапорт майора генштаба Фербера командованию ГА «Юг» от 17.08.43; ВА-МА, RH 10/54, стр. 112).

Выводы полковника Мерка можно считать спорными, так как дивизии СС лишь короткое время были подчинены III т.к. Однако мнение о плохом командовании в войсках СС было очень распространено, как во время войны, так и после – в мемуарах армейских военачальников.

Действительно, войска СС страдали от постоянной нехватки офицеров и унтер-офицеров. Причиной этого в большой степени был их стремительный численный рост. Лишь в первой половине 1943 года было сформировано шесть новых дивизий СС. Это имело тяжелые последствия и для уже имевшихся соединений. Даже трем особенно привилегированным дивизиям СС – «Лейбштандарт», «Рейх» и «Мертвая голова» – остро не хватало офицеров и младшего комсостава. Особенно заметно это было в «Лейбштандарте».

Несмотря на долгий перерыв в боях перед началом наступления на Курск в начале июля 1943 года, в дивизии отсутствовали 277 офицеров и 1 179 унтер-офицеров (Отчет о состоянии дивизии «Лейбштандарт» от 1.07.43, ВА-МА, RH 10/312, стр. 2). Причиной этого стало формирование 12 т.д. СС «Гитлерюгенд». На её укомплектование пошло не только пополнение, ранее предназначавшееся «Лейбштандарту», но и большая часть опытных офицеров и унтер-офицеров «Лейбштандарта», составившая кадровый состав нового соединения.

В двух других дивизиях СС дела обстояли не лучше. В «Рейхе» были вакантны 286 офицерских и 734 унтер-офицерских должностей, в «Мертвой голове» – 259 и 967 соответственно (отчеты о состоянии дивизий от 1.07.43, ВА-МА, RH 10/313, стр. 1 и RH 10/314, стр. 1).

Напротив, в танковых дивизиях вермахта, участвовавших в операции «Цитадель», положение с командным составом было гораздо лучше. К сожалению, не сохранилось документов по п-г.д. «ВГ» на вышеприведенный момент времени, но, например, самое худшее положение с офицерским составом было во 2 т.д. – 21 офицерская вакансия, с унтер-офицерами – в 12 т.д. – 388 (отчеты о состоянии 2 т.д от 1.07.43, ВА-МА, RH 10/141, стр. 2; 12 т.д – RH 10/150, стр. 1). В других танковых дивизиях вермахта количество вакансий было ещё меньше, а например, 6 т.д. была укомплектована комсоставом на 100 % (отчет о состоянии 6 т.д. от 1.07.43, ВА-МА, RH 10/145, стр. 1).

Главный вопрос, однако, состоит в другом: как дефицит комсостава в дивизиях СС сказывался на качестве командования в бою и являлся ли он причиной неоправданных потерь? Несомненно, ошибки командования приводят к излишним потерям, и таких примеров в истории войск СС достаточно. Ярким примером этого являются события конца июля 1943 года во время контрнаступления против советского плацдарма на Миусе. Как и под Курском, главную роль в операции играет II т.к. СС. И первая же атака на одну из господствующих высот проваливается при больших потерях частей корпуса.

Командование 6-й армии, которой подчинялся II т.к. СС, предписывает более гибкие действия. Оно настоятельно не рекомендует повторять последующие атаки в том же месте. Однако на следующий день эсэсовцы наносят удар в том же направлении и с тем же результатом: высокие потери у дивизии «Мертвая голова». После этого командование 6А напрямую приказывает II т.к. СС изменить направление удара и обойти неприступную высоту. Это приводит в конце концов к успеху и ликвидации советского плацдарма (источник: журнал боевых действий 6-й армии 17.07.43 – 17.08.43, ВА-МА, RH 20-6/303, стр. 123–149).

Однако таких примеров хватает летом 1943 года и у вермахта, причем на всех уровнях командования. Например, начальник штаба п-г.д. «ВГ» полковник Ольдвиг фон Натцмер считает, что «уровень квалификации командиров дивизии в целом не соответствует занимаемой должности» (рапорт майора генштаба Фербера штабу ГА «Юг» от 17.08.43, ВА-МА, RH 10/54, стр. 113).

В качестве примера неграмотного руководства на полковом уровне можно привести действия танкового полка «ВГ» и 39-го танкового полка под командованием полковника, графа Гиацинта фон Штрахвица во время «Цитадели». Он бросал танки обоих полков в лобовые атаки, не обращая внимания на потери. Его непосредственный начальник, командир 10-й танковой бригады Карл Декер, в своем рапорте от 17.07.1943 не находил для описания действий Штрахвица других слов, кроме как «сумасшествие» и «тупость» (ВА-МА, RH 10/54, стр. 58).

Можно привести пример и более низкого, ротного уровня. Командир 505-го тяжелого танкового батальона, наступающего на Курск с севера, жаловался проверяющему офицеру ОКХ:

«Из-за неопытности присланного из резерва ротного командира, ранее занимавшего либо лишь тыловые должности, либо должность командира штабной роты, атака батальона закончилась неудачей и стоила потери нескольких «Тигров».

(Из отчета подполковника, графа Кильмансэгга о командировке в 9-ю армию, 11.07.1943, ВА-МА, RH 10/54, стр. 61).

И такое не было исключением. В отчете 10-й танковой бригады, сражавшейся на южном крыле фронта, говорится, что все командиры рот бригады, оснащенных «Тиграми» и «Пантерами», слишком молоды и неопытны (отчет 10-й тбр. о состоянии офицерского состава подразделений «Тигров» и «Пантер», 31.08.1943, ВА-МА, RH 10/56, стр. 135).

Бывало и такое, что в неудачах соединений СС были виноваты армейские генералы. 4 августа 1943 во время немецкого контрнаступления на советский плацдарм на Донце командующий XXXX т.к. генерал Зигфрид Хейнрици послал подчиненную ему дивизию СС «Викинг» в безнадежную атаку, несмотря на протесты её командира. Это закончилась провалом и большими потерями (ЖБД XXXX т.к, 1.08–15.08.43, ВА-МА, RH 24-40/54, запись от 4.08.43). На следующий день командир дивизии «Викинг» бригаденфюрер СС Герберт Гилле отказался выполнять приказ командования корпуса и начинать атаку без подготовки и разведки местности. Это отражено в ЖБД корпуса от 5.08.1943.

Тем не менее обвинения в некомпетентности, приводящей к неоправданным потерям, постоянно раздаются в адрес СС со стороны армии. Возможной причиной этого являлось особое, привилегированное положение войск СС в структуре вооруженных сил Германии, связанное с этим недоверие со стороны вермахта и возникающие от этого конфликты. Конкретный пример можно найти в ЖБД 4-й танковой армии от 13.07.1943:

«В беседе с командующим ГА «Юг» начальник штаба 4ТА указал на трудности, возникающие из-за того, что вопросы состояния личного состава и пополнения соединений СС решаются помимо командования армии, и оно не имеет об этом исчерпывающей информации».

(ВА-МА, RH 21-4/104, стр. 157).

20 августа 1943 года генерал Отто Вёлер, за пять дней до этого вступивший в командование группой «Кемпф», подал рапорт об отстранении группенфюрера СС Вальтера Крюгера от командования дивизией «Рейх». Причиной этого стала вовсе не склонность последнего к необдуманным решениям. Напротив. О. Вёлер охарактеризовал Крюгера как «слишком инертного и неповоротливого для командования таким первоклассным соединением, как дивизия СС» (телеграмма от 20.08.1943, время – 19:30, ВА-МА, RH 20-8/95, приложение 728). Рапорт Вёлера остался без последствий, и Крюгер сохранил свой пост, а одиннадцать дней спустя был даже награжден дубовыми листьями к Рыцарскому кресту. Дивизия же «Рейх» отличилась в боях за Харьков и была удостоена упоминания в сводке вермахта от 27.08.1943.

По воспоминаниям офицера штаба дивизии СС «Рейх», причиной конфликта между генералами Вёлером и Крюгером стало «постоянное растаскивание подразделений нашей дивизии для затыкания дыр на критических участках фронта». Крюгер энергично протестовал против этого. Вёлер же указывал на «необычайно тяжелое положение на фронте Группы армий, которое не позволяет вести войну классическими методами и вынуждает импровизировать. Командиры частей, сохраняющих боеспособность, должны беспрекословно нести тяжесть оборонительных боев» (Рольф Дирк. Мемуары, Мюнхен, 2009.). Бригаденфюрер Крюгер в своих телеграммах Гиммлеру от 20.08.43 и 22.08.43 протестовал против растаскивания дивизии по частям (ВА-МА, М841).

Две другие дивизии СС, подчиненные генералу Вёлеру, также прекрасно зарекомендовали себя в заключительной фазе Курского сражения и сыграли в ней решающую роль. В середине августа дивизия «Мертвая голова» добилась таких успехов в контрнаступлении под Харьковом, что по представлению командующего III т.к. генерала Германа Брайта была упомянута в сводке вермахта от 18.08.1943 (представление командующего III т.к командованию ГА «Юг» – телеграмма от 17.08.1943, ВА-МА, RH 20-8/95, приложение 702).

В течение нескольких дней генерал Вёлер дважды выражал благодарность дивизиям СС: 17 и 20 августа дивизии «Мертвая голова» и 20.08. – дивизии «Викинг». Имеется интересное свидетельство от начала ноября 1943 года, проливающее свет на предубеждения насчёт плохого командования войск СС. В «Оценке боевой ценности дивизий III т.к.» о «Викинге» сказано следующее:

«Дивизия хорошо показала себя в тяжелых оборонительных боях и в наступлении. Она обладает 2,5-годичным опытом действий на Восточном фронте и демонстрирует выдающееся упорство в боях. После понесённых ею больших потерь своими успехами она обязана немногим остающимся в строю опытным офицерам и унтер-офицерам. Командование отличается энергичностью и находчивостью, однако его самовольные действия, не согласованные с соседями, представляют собой большую проблему».

(«Оценка боевой ценности дивизий III т.к.», 2.11.1943 за подписью исполняющего обязанности командира корпуса генерала Циглера, ВА-МА, RH 20-8/89).

Даже при дефиците комсостава воинское соединение может хорошо сражаться. Дело не в количестве, а в качестве. Судя по всему, в панцер-гренадерских дивизиях СС летом 1943 года все было в порядке и с техникой, и с командирами. Именно поэтому танковые соединения СС и направлялись на самые ответственные участки фронта. В труде американского историка Джоржа Стайна (George Stein) «История войск СС», написанном ещё в 60-е, но сохранившем свою ценность до сих пор, говорится:

«Танковые дивизии СС отправлялись туда, где по мнению Гитлера было опаснее всего».

Слова Стайна относятся к дивизиям «Лейбштандарт», «Рейх», «Мертвая голова», «Викинг», «Хохенштауфен», «Фрундсберг» и «Гитлерюгенд». Эти семь соединений в конце 1943 года были переименованы из панцер-гренадерских в танковые. Стайн называет их «элитными». Но можно ли считать их в действительности элитой?

Сам термин «военная элита» в последнее время подвергается критике, особенно в отношении войск СС. И действительно, войска СС были очень неоднородны, все в общей сложности 38 дивизий СС сильно различались своим качеством. И, конечно, не все они заслуживают высокой оценки. Вообще, сомнительно, что понятие «элитные войска» можно относить к крупным воинским соединениям, а сам этот термин использовать в научной оценке их военной эффективности.

Тем не менее такое скорее историческое понятие, как «элитные войска», существует. В немецких документах так называют особенно боеспособные соединения противника. Например, в донесениях 1941 года так называют греческие войска, а в 1944 – высадившихся в Арнеме британских десантников. Гитлер использовал этот термин в марте 1943 года, говоря так о двух немецких воздушно-десантных дивизиях.

И в военно-исторических исследованиях «элитными» называют особенно боеспособные, высоко мотивированные, успешные и хорошо вооруженные воинские соединения. В таком контексте дивизии СС, сражавшиеся под Курском, полностью заслуживают определения «элита». Так же оценивал их и противник: в советских документах дивизии «Лейбштандарт», «Рейх», «Мертвая голова» и «Великая Германия» называются «отборными» («Отчет о боевых действиях 5-й гвардейской танковой армии за период 7.07–24.07.43». стр. 3, «Отчет о боевых действиях 29-го танкового корпуса за период 7.07–24.07.43», стр. 14, ЦАМО, Подольск. В первом из отчетов дивизия «ВГ» ошибочно названа «дивизией СС» ).

Заключение


Сравнивать боевую эффективность воинских соединений в сражении в принципе трудно. Всегда большую роль играют ситуация, условия местности, погода, наличие воздушной поддержки, численность и моральное состояние личного состава, а также сила противника. Учесть все эти факторы почти невозможно. Поэтому всегда остается много вопросов. Тем не менее из летних боев 1943 года на Восточном фронте можно сделать некоторые выводы:

1) дивизии СС не понесли неоправданных потерь, что также опровергает обвинения в плохом качестве командования;

2) дивизии СС хорошо проявили себя в боях под Курском;

3) дивизии II т.к. СС были лучше других соединений обеспечены личным составом и вооружением.

Однако для военнослужащих этих соединений такое «привилегированное положение» означало одно – они будут сражаться на самых ответственных участках фронта. Это влияло на их самооценку. Один из ветеранов дивизии «Мертвая голова», вступивший в ряды СС в 1942 году и до самого конца войны сражавшийся на Восточном фронте, в одном из интервью, отвечая на вопрос, считали ли они себя «военной элитой», сказал так:

«Мы не считали себя элитой, но нас сделали таковыми».

И в боях лета 1943 года на Восточном фронте это полностью соответствовало действительности.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram
+4
Нет комментариев. Ваш будет первым!