Изображение

Ягода долгое время пытался подружиться с Кагановичем. Но Лазарь Моисеевич мечтал о снятии наркома. Для того, чтобы добиться своей цели, он даже дал Ягоде обидное прозвище – Фуше. Что же оно означало? И увенчался ли успехом план Кагановича?

Ягода-Локомотив

Генрих Григорьевич Ягода появился в ВЧК на первый взгляд неожиданно. Поначалу он вообще был редактором газеты «Крестьянская беднота». Некоторые предполагают, что внезапный взлет Ягоды был связан с его знакомством в 1918 году с Иосифом Сталиным. Однако несомненно, что без протекции Якова Свердлова, приходившегося Ягоде родственником, здесь не обошлось. Впрочем, Генрих Григорьевич и сам отличался неуемной энергией, за что его и прозвали Локомотивом. Поэтому неудивительно, что к началу 1930-х годов он уже стал заместителем председателя ОГПУ Менжинского.

Уже тогда Ягода хвастался успехами в развитии информационной сети ГПУ, охватывавшей всю страну. А после смерти Менжинского в 1934 году Генрих Ягода и вовсе занял его место. В том же году был образован НКВД СССР. И новый наркомат, и Главное управление госбезопасности возглавил Ягода. Поэтому Рой и Жорес Медведевы, авторы книги «Неизвестный Сталин», и называют Генриха Ягоду одной из ключевых фигур в репрессивном аппарате Сталина. Под руководством Локомотива-Ягоды в стране был учрежден ГУЛАГ, и выросла сеть советских трудовых лагерей.

Обидное прозвище

Понятно, что у такого человека как Генрих Ягода было немало недоброжелателей. Одним из самых упорных и последовательных врагов Ягоды юрист Сергей Цыркун считает Лазаря Кагановича. Каганович, будучи, как называл его Вячеслав Молотов «двухсотпроцентным сталинистом», замечал, как Ягода прибирает к своим рукам все больше и больше власти в стране, раздувая культ собственной личности. Каганович опасался, что при таком развитии событий не за горами и смена власти, а Лазарь Моисеевич связывал свою дальнейшую судьбу и карьеру исключительно со Сталиным.

Поэтому Каганович всеми силами старался настроить вождя против Ягоды. Он даже наградил наркома прозвищем Фуше. Ягоде это прозвище не нравилось. Дело в том, что имелся в виду Жозеф Фуше, книга о котором под авторством Стефана Цвейга как раз тогда вышла в СССР. Фуше был министром полиции в эпоху Французской полиции и служил Революции, Директории, Наполеону, Людовику XVIII, не будучи лояльным ни к одному из режимов. Данная историческая параллель, по мнению Кагановича, должна была возбудить у Сталина ненависть к Ягоде, что привело бы к снятию последнего.

Крах наркома

Генрих Ягода понимал, к чему клонит Каганович, поэтому неоднократно пытался с ним подружиться. Но все попытки оказались тщетными. В 1936 году всемогущий нарком внутренних дел СССР Ягода превратился в наркома связи. Со стороны могло показаться, что опытного руководителя перевели для того, чтобы действительно навести порядок в другом ведомстве. Однако, по словам Леонида Млечина, автора издания «КГБ. Председатели органов госбезопасности. Рассекреченные судьбы», посвященные прекрасно осознавали, что происходит. Осознавал это и Ягода.

В 1937 году Генриха Ягоду отправили в запас для того, чтобы он уже не был защищен своим маршальским званием. Затем на него обрушился с обвинениями новый нарком Николай Ежов, называвший Ягоду агентом царской охранки, вором и растратчиком. Вскоре Генрих Григорьевич был взят под стражу, в его квартире, кабинете и на даче были произведены обыски, в ходе которых были обнаружены денежные средства и порнографические снимки. Традиционно Ягоду объявили шпионом, но он сам был с этим категорически не согласен. А вот участие в заговоре Ягода признал, за что и был расстрелян в марте 1938 года.